К вопросам о самореализации

Объявление

Форум переехал ----> http://selfrealization.info

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » К вопросам о самореализации » Священные тексты » ЛАНКАВАТАРА-СУТРА


ЛАНКАВАТАРА-СУТРА

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s6.uploads.ru/Yu5Uc.jpg

Дайсэцу Тэйтаро Судзуки.

Ланкаватара-сутра

Alternominis написал(а):

Для удобства чтения на мобильных устройствах, сделал книжку в epub формате.
Брать тут
:flag:

ПРЕДИСЛОВИЕ

Прошло более семи лет с того момента, как я занялся достаточно серьёзным исследованием Ланкаватара-сутры, но в силу разного рода обстоятельств работа шла не так быстро, как хотелось. Однако мои многочисленные друзья были добры и щедры, оказывая мне всевозможную помощь, и вот я предлагаю вниманию английской читающей публики этот скромный труд.

В Сутре есть множество сложных и неясных периодов, которые мне не удалось раскрыть в степени, устраивающей меня самого. Все эти недоработки в дальнейшем надлежит исправить компетентным ученым. Сам же я буду полностью удовлетворён, если мне удалось хотя бы чуть облегчить понимание этого важного текста Махаяны.

Китайскими учеными-буддистами, глубоко образованными и наделёнными духовной проницательностью, в течение примерно двухсот пятидесяти лет было сделано три или четыре попытки создания достойных переводов Ланкаватара-сутры. Безусловно, всё это очень помогло и нынешнему переводчику. Возможно, ему удалось одолеть ещё одну из ступеней восхождения к более глубокому переводу этой сутры!

Настоящий английский перевод выполнен на основе санскритского варианта текста, подготовленного Бунъю Нандзё (Bunyu Nanjo) и опубликованного изд-вом Otani University Press в 1923 году.

Я глубоко признателен г-ну Дуайту Годдарду из Тетфорда (Thetford), штат Вермонт, США, оказавшему мне помощь ещё и в перепечатывании всей рукописи этой книги. В частности и для того, чтобы помочь мне с этим, он в третий раз пересёк Тихий океан. Конфуций сказал: «Разве не радость — встретить друга, прибывшего издалека?». Это изречение прекрасно соответствует нашему случаю.

Несомненной удачей для переводчика было и то, что он был удостоен поддержки Keimeikwai (фонда, созданного для оказания помощи ученым в проведении исследовательских работ в различных областях культуры), поскольку без этого его работа, возможно, заняла бы куда больше времени. Существует множество дел, подлежащих завершению, прежде чем автор сможет предстать пред судом Эммы Дэйво (Emma Daiwo), которой он сможет сказать: «Вот мой труд. Хотя он смиренный и скромный, я всё же искренне старался внести свой посильный вклад». Автор также выражает свою признательность всем кураторам Фонда, любезно проголосовавшим за оказание помощи в более скором завершении этой литературной работы, которая, как искренне надеется переводчик, послужит более глубокому пониманию Западом истоков Восточной жизни и культуры.

Безотносительно той литературной работы, которую автор предлагает вниманию читателей, он не может не упомянуть здесь имя своего доброго, бескорыстного и общительного друга-буддиста Якичи Атака (Yakichi Ataka), постоянно стремящегося помогать ему всеми возможными способами. Если бы не он, автор, возможно, никогда не осуществил бы задуманное им так, как это удалось ныне.

С материальной точки зрения невозможно ожидать каких-либо ощутимых результатов от предприятий подобного рода, и всё же у учёного есть свои мирские потребности в общении. Пока мы в один из своих прекрасных дней не создали некое идеальное сообщество, каждый участник которого был бы способен проявлять все свои природные способности и душевные силы в направлении, наиболее приспособленном для того, чтобы развивать их определённым образом, наиболее полезным для всех других членов вместе и по отдельности, множество препятствий возникает на пути тех, кто устремлён к вещам, не представляющим никакого коммерческого интереса.

Стало быть, пока этого не произошло, Бодхисаттвы1 всех уровней крайне необходимы повсюду. И разве это не является воплощением учения Ланкаватара-сутры, которая ныне в своём английском облачении предложена другу переводчика и всем остальным читателям?

1 Бодхисаттва, bodhisattva — bodhi + sattva = «[устремлённое к] пробуждению/просветлению + существо» или просто «пробуждённое/просветлённое существо». — Здесь и далее все примечания, кроме отмеченных особо, выполнены YK.

Дайсэцу Тэйтаро Судзуки
Киото, ноябрь 1931



ВВЕДЕНИЕ

Тем, кто уже прочёл мои «Исследования Ланкаватара-сутры»1, никаких дополнительных комментариев не требуется. Но для тех, кто ещё не очень глубоко знаком с учением буддизма Махаяны, ознакомление с обзорным введением в основные положения Ланкаватары может оказаться желательным.

Без определённого предварительного знания того, о чём повествует сутра, будет затруднено рассудочное понимание её текста, поскольку ёмкие и глубокие суждения представлены в ней достаточно бессистемно.

Как я уже писал в своих «Исследованиях», Ланкаватара — это своего рода памятные записи, составленные наставником Махаяны, в которые он занёс, возможно, важнейшие из наставлений, получившие признание у последователей Махаяны его времени. Он, очевидно, не стремился как-либо упорядочить эти записки, к тому же, возможно, более поздние их редакторы были не слишком щепетильны в строгом сохранении той последовательности, которая была придана им первоначально, тем самым придавая тексту всё более и более беспорядочный вид. Введение, предлагаемое ниже, может также служить введением в учение буддизма Махаяны как такового.

1 «Исследования Ланкаватара-сутры» — Studies in the Laṅkāvatāra Sūtra, опубликованные издательством George Routledge and Sons, London, 1930.



I

Классификация существ

С точки зрения Махаяны существа разделяются на два основных разряда: тех, кто просветлён, и тех, кто невежественен. Первых называют Буддами, включая сюда Бодхисаттв, Архатов1 и Пратьекабудд2, ко вторым же относят всех остальных существ под общим обозначением бала или бала-притхаг-джана (bāla означает «неразвитый», «незрелый» или «невежественный», а pṛthagjana — «обычные люди», отличные от просветлённых, то есть — массы, или люди обычного типа, умы которых увлечены поисками эгоцентричных радостей и не пробуждены для осознания подлинного смысла жизни.

Этот класс существ также именуют sarvasattva — «все существа» или чувствующие существа. Будда же хочет помочь невежественным, на чём и основывается буддийское учение.

1 Архат, (arhat, arhant = букв. «достойный, удостоенный; славный»), в буддизме — «достигший нирваны»: один из эпитетов Будд.
2 Пратьекабудда — pratyeka («отдельный, независимый») + buddha («будда, просветлённый») = «независимо просветлённый», т. е. обретший просветление самостоятельно, без поддержки Будд.


Будда

Всё буддийское учение разворачивается вокруг понятия Буддовость1. Когда это понято в достаточной степени, буддийская философия со всеми ее сложностями и дополнениями становится ясной и просветляющей. Так что же такое Будда?

1 Буддовость — перевод англоязычного термина Buddhahood, соответствующего, в свою очередь, русским «Просветлённость» или «Пробуждённость».

Согласно бодхисаттве-махасаттве1 Махамати2, ставшему собеседником Будды на острове Ланка, Будда наделён праджней (prajñā) или беспредельным знанием и великим состраданием — каруной (karuṇā).

Благодаря первому он сознаёт, что этот мир частностей не обладает никакой реальностью, лишён «я»-сущности (an-ātman) и в этом смысле подобен Иллюзии/Майе (Māyā) или призрачному цветку, [парящему] в воздухе.

Будучи при этом пребывающим вне каких-либо представлений о бытии и не-бытии, он провозглашается чистым (viśuddha), абсолютным (vivikta) и свободным от причин/условий или — необусловленным (a-nimitta).

Но необыкновенная мудрость Будды не вечно пребывает на этом запредельном уровне, поскольку, побуждаемый неодолимой силой, исподволь вовлекающей его назад, в мир рождений и смертей, он нисходит к нам и живёт среди нас, невежественных и блуждающих во тьме страстей или клеш (kleśa).

Нирвана не является ни высшей обителью Буддовости, ни просветлением. Любовь и сострадание — вот то, что, по сути, образует самосущую природу Всеведающего (sarvajña).

1 Махасаттва — mahā + sattva = «великое существо», «[верующее в] великое [учение] существо», «[постигшее] великую [истину] существо».
2 Махамати (Mahāmati) — имя собственное (букв. оно означает «[обладающий] великими мыслями» либо — «великим почтение»), произносится с ударением на втором (долгом) слоге.


http://s6.uploads.ru/0HvDl.jpg



Будда как Любовь

Любовь Будды не является чем-то эгоцентричным. Это — сила/воля, которая желает и действует в царстве двойной бессамостности.

Будучи выше двойственности бытия и не-бытия, она исходит из неразличающего сердца и проявляется в виде необусловленного [или не основанного на стремлении к удовольствию] поведения (anābhogacaryā).

Это — великая любовь (mahākaruṇā) Татхагаты1 ко всем существам, не знающая прекращения до тех пор, пока каждый из ныне страдающих счастливо не достигнет конечного прибежища: Нирваны, ибо до тех пор, пока есть хотя бы одна страдающая душа, он отказывается от наслаждения блаженством Самадхи (Samādhi), право на которое он заслужил своей длительной духовной практикой.

Татагата — это тот, кто, обладая сердцем, исполненным всеобъемлющей любви и безграничного сострадания, воспринимает всех существ, как если бы они все были его одним-единственным ребёнком.

И если сам он уйдёт в Нирвану, работа [по всеобщему спасению] не будет исполнена в этом мире, где умножается различение (vikalpa) и торжествует множественность (vicitratā).

Потому он отказывается оставить этот мир относительности, и все его мысли направлены к невежественным и страдающим в массе своей существам, во имя которых он готов пожертвовать наслаждением, обретаемым при переживании абсолютной реальности (samādhi-sukhabhūtakoṭyā vinivārya2).

1 Татхагата, tathagata = tathā («так, таковость») + gata («достигший») — достигший Таковости или Единости/Единения с миром; один из эпитетов достигших Полного Освобождения.
2 Санскр. samādhi-sukhabhūtakoṭyā vinivārya — «самадхи возвращения [к] приятной абсолютной пустотности/бессущностности».


Искусные средства

Сущностная природа любви проявляется в поисках новых решений, творчестве, приспосабливании к изменчивым обстоятельствам, и в этом смысле любовь Будды не является исключением. Он постоянно изобретает всё новое и новое для просветления и освобождения всех чувствующих существ. Формально это именуется применением искусных средств (upāyakauśalya)1.Упайя (upāya) — следствие праджни и каруны (karuṇā2).

Когда Любовь озабочена судьбой непросветлённых, Мудрость, если можно так выразиться, ткёт сеть искусных средств, посредством которой извлекает страдающих из глубин океана, именуемого сансарой (samsāra) или — океаном Рождений-и-смертей. Таким образом, с помощью упайи единость реальности, в которой пребывает просветлённое сознание Будды, преображается в многообразие частных существований.

1 Искусные методы/средства, букв. upāya-kauśalya = «средство достижения цели (либо — уловка)» + «искусное».
2 Каруна, karuṇā = «сочувствие к страданиям других, сострадание».

Есть драгоценный камень, известный как Мани (Maṇi) — совершенно прозрачный и бесцветный сам по себе, но благодаря именно этому свойству в нём отражается множество оттенков света (vicitra-rūpa).

Таким же воспринимается разными существами Будда, так же толкуется ими его учение. То есть, Будду и его учение каждый постигает согласно особенностям своего восприятия (āśaya), мышления (citta), в соответствии с собственными предубеждениями (anuśaya), склонностями (adhimukti) и особенностями (gati).

Иначе говоря, Будда воспринимается его товарищами-существами как опытный врач, лечащий своих пациентов, страдающих от разных заболеваний. Конечная цель — вылечить их, но, поскольку болезни отличаются одна от другой, лекарства и средства не могут быть одними и теми же.

В силу этого и говорится, что Будда говорит на языке просветления, который воспринимается слушающими его очень различно. Упайю, таким образом, следует рассматривать как способ соответствия бесчисленному многообразию индивидуальных характеров, а не как некие предумышленные ухищрения беспредельной мудрости Будды.

Один Будда со множеством имён

Все Будды имеют одну и ту же сущность, они ничем не отличаются и по своему внутреннему просветлению, как и своей Дхармакаей1, и как один наделены тридцатью двумя основными и восьмьюдесятью второстепенными признаками превосходства, связанными с этим.

Но, готовясь обучать существ согласно их особенностям, они принимают различные формы, представая по-разному различным существам, с чем и связано появление множества имён и наименований Будды, не поддающихся исчислению (asaṁkhyeya).

1 Дхармакая или дхармакайя (dharmakāya) = «тело закона», «дхармовое тело» или «космическое/вселенское тело» Будды, высшее из тел преображения, наделённое всеми высшими свойствами/качествами, обретаемыми просветлёнными.


Один примечательный факт, связанный с принятием Буддой такого великого множества имён: он известен не только под всевозможными личными именами, но получил и множество имён отвлечённых, таких как Не-рождённый, Пустота, Таковость, Реальность, Нирвана, Вечность, Единость, Истинность, Прекращение (Cessation) и т. п. Таким образом, Будда обладает как личностным, так и метафизическим аспектом.

Повествуя об этом, Ланкаватара не забывает добавлять, что, хотя Будда известен под великим множеством различных имён, он при этом не плотен и не тонок, поскольку подобен отраженью луны в воде — ни погружённой, ни парящей над гладью. Это сравнение вообще расценивается как лучше всего описывающее отношения единства и множественности, единой абсолютной реальности и этого мира имён и форм.

Тела Преображения Будды

Хотя учение о Трикае1 ещё не развито в Ланкаватаре полностью, компоненты этой триады уже намечены в [ней] такими понятиями как Дхармата-будда, Випака-будда и Нирмана-будда.

Представление о телах преображений неизбежно следует из стремления Будды спасти всех невежественных, чьи умы ещё не просветлены настолько, чтобы воспринимать сущность буддовости непосредственно.

Поскольку они не проницательны, необходимо было что-то изобрести, чтобы вести их по правильному пути, и это что-то должно было соответствовать их образу мысли, иначе они неотвратимо будут заблуждаться вновь и вновь.

Если они не способны постигнуть Буддо-природу (Буддхата)2 как таковую, необходимо предоставить им что-нибудь такое и постепенно его развивать.

Теория упайи (искусного средства) это также и теория Маномайякаи — тела желаний3.

Как воплощение великого сострадательного сердца, Будда должен обладать способностью принимать любую форму, какую он сочтёт нужным принять, видя страдания чувствующих существ.

Тело воплощений является частью плана Будды по спасению мира. Это — одна из причин, почему учение буддизма зачастую расценивается и как политеистическое, и одновременно — как пантеистическое.

1 Трикая, trikāya — «три тела» или «три способа бытия» Будды: 1) нирманакая — феноменальное (или земное) тело; 2) самбхогакая — тело наслаждения; 3) дхармакая — тело Закона или космическое тело Будды.
2 Буддо-природа или Буддхата (buddhatā) — практически, синоним буддовости (см. прим. выше); в буддизме под этим термином понимается изначально чистая, неомрачённая первосущность, составляющая основу ума; собственно, целью буддизма и является обретение именно этого изначального состояния ума.
3 Маномайякая, manomayakāya — «ум-образ-тело» или «тело-воображаемое-умом», иногда переводится и как «тело проявлений».



Бодхисаттва и десять его обетов

В буддизме Махаяны Будда — не единственный, кто занят работой по просветлению или спасению мира. Хотя он и сам в состоянии принять такое множество форм, как того требуется разумным существам, всё же ему при этом помогают его последователи или «сыновья» (putra, suta или aurasa), как их называют в сутрах Махаяны.

Таким образом, бодхисаттвы являются сыновьями Будды, и они неутомимо, с великим усердием и прилежанием служат делу буддизма.

По сути можно сказать, что реальная работа по спасению мира ведётся этими духовными воинами, возглавляемыми Буддой.

Основатель учения временами представляется нам слишком отдаленным, слишком невозмутимым, слишком надчеловечным, и образ его зачастую теряется в перипетиях наших мирских борений.

Но бодхисаттва всегда с нами и всегда готов быть нашим доверенным лицом, поскольку воспринимается как делящий с нами наши страсти, порывы и стремления, вносящие в наше существование столько беспокойства, но при этом служащие и возвышению нашей человеческой жизни.

Поистине же, все разумные существа — бодхисаттвы, но могут быть невежественными и допускать ошибки. Они все — Джинапутрас (jinaputras), то есть сыновья Победителя1, и имеют в себе всё необходимое для достижения просветления.

Бодхисаттвы, последовательно прошедшие все ступени лестницы бхуми2 и в силу этого способные распространять свою помощь на нас, действительно являются нашими братьями.

Поэтому в Ланкаватаре Махамати зачастую начинает свои вопросы так: «Я и другие бодхисаттвы...». Махамати — наш глашатай, выражающий наши желания и стремления.

1 Победитель или Джина — jina.
2 Бхуми (bhūmi), в буддизме — ступени совершенствования в Дхарме; согласно Ланкаватаре таких ступеней десять.

Таким образом, невозможно установить исторически, как эта концепция развилась в буддизме, первоначальной целью которого, кажется, было достижение уровня Архата.

Но мы можем утверждать, что сущностью Бодхисатвости1 является несомненное подтверждение общественной, альтруистической природы человека.

Какого бы уровня просветления он ни достиг, ему надлежит поделиться этим со своими товарищами-существами.

Эта идея ясно выражена в Махаяне в виде так называемых «Десяти обетов Самантабхадры2». Бодхисаттва — человек «[десяти] неистощимых обетов» (daśanishṭhāpāda). Без них он не будет собою.

Чтобы спасать мир, возвышая всех своих товарищей-существ до того же самого уровня мышления и восприятия, на котором находится он сам, а не отдыхать, не погружаться в Нирвану, пока эта работа не будет завершена, сколь бы бесконечно долгой и невыразимо трудной она ни оказалась.

Таков бодхисаттва. Обет спасения всех существ, известный в терминологии Махаяны как изначальный или пурва-пранидхана3, не может быть даже на мгновение отделен от жизни бодхисаттвы.

1 Бодхисатвость — эквивалент ещё одного англоязычного термина: bodhisattvahood, соответствующего русскому «принявший обеты бодхисаттвы».
2 Самантабхадра — от samanta «связанный, соединённый; полный, целый» + bhadra «благо, счастье» = «Всеблагой» — имя одного из восьми наиболее почитаемых бодхисаттв.
3 Пурва-пранидхана — pūrva-praṇidhāna = pūrva («предшествующий [всем остальным]») + praṇidhāna («обет»).

В окружении своих благородных сыновей Будда не может оказаться не способен рано или поздно освободить всех существ от бремени кармы, неведения и жажды жизни.

Ввиду этого он неизменно наделяет бодхисаттв своей могущественной силой (prabhāva)1 и покровительствует (adhishṭhāna)2 им в их стараниях привнести просветление в этот тройственный мир3.

1 Санскр. prabhāva = «сверхъестественная сила».
2 Санскр. adhishṭhāna = adhi («над, сверху») + shṭhāna («стоящий, находящийся»).
3 Тройственный мир — согласно буддийским представлениям мир как таковой состоит из трёх миров или сфер: kāma-dhātu (мир-желаний), rūpa-dhātu (мир-образов/форм) и arūpa-dhātu (мир-без-образов/форм).


Невежественные

Та жизнь, которою живёт большинство из нас, — мучительное занятие, поскольку мы должны многое претерпеть. Нашим желаниям препятствуют, наши стремления заходят в тупик, а хуже всего то, что мы не знаем, как выбраться из этого омута алчности, гнева и безумия страстей.

Мы находимся на совершенно другом краю существования, противоположном тому, где обитает Будда. Как нам преодолеть эту пропасть и достигнуть другого берега?

Махаяна так определяет условия, в которых пребывают все чувствующие существа: все чувствующие существа вскормлены желанием (tṛishṇā) как матерью, которую сопровождают услаждение (nandī) и гнев (rāga1), в то время как неведение (avidyā) подобно их отцу.

Стало быть, чтобы излечиться от болезни, следует положить конец непрерывному действию этих двойственных ядов.

Когда это происходит, достигается состояние, называемое конечным освобождением (vimoksha), это и есть высшее счастье.

Таким образом, основной буддийский вопрос звучит так: «Как достигнуть освобождения?». Отсюда и происходит вся философская система Махаяны.

1 Вероятно, ошибка: здесь вместо rāga («страсть, любовь, влечение») должно быть dveṣa («гнев, злоба»).


Обращение вспять (паравритти)

Философии Махаяны будет посвящён следующий абзац.

А здесь я хотел бы сказать несколько слов о важнейшем психологическом событии, именуемом в Ланкаватаре и другой махаянской литературе паравритти (parāvṛitti).

Буквально паравритти означает «поворот», «обращение вспять» или «изменение», а по сути речь идёт о духовном изменении или преображении, происходящем в уме-сознании, особенно — происходящем внезапно.

В своих «Исследованиях Ланкаватары» я назвал его revulsion [«внезапным изменением»], которое, как можно будет заметить, до известной степени соответствует тому, что среди психологов, занимающихся исследованием религий, называется «обращением».

Следует отметить особо, что Махаяна настаивает для своих последователей на необходимости пережить это психологическое преображение реально.

Простого интеллектуального постижения истины для буддиста недостаточно, истина должна быть воспринята непосредственно, лично пережита, постигнута интуитивно, поскольку тогда она наполнит жизнь практикующего и, стало быть, сам ход его жизни будет определяться истиной.

Это паравритти, согласно Ланкаватаре, происходит в Алая-виджняне (ālaya-vijñāna)1 или Всесохраняющем уме, который, как предполагается, стоит за нашим основанном на опыте личностном сознанием.

Алая — метафизическая сущность, недоступная никакому психологическому анализу.

То, что нам обычно известно об Алае, это её действие через относительный ум2.

Махаяна называет этот аспект Алаи нечистым или загрязнённым (klishṭa3) и рекомендует очиститься от него, чтобы пережить паравритти для достижения предельной реальности.

1 Санскр. ālaya-vijñāna = ālaya «вместилище, сокровищница» + vi- («раз-/рас-») + jñāna («знание, сознание») = «вместилище различающего сознания».
2 Относительный ум — под относительным понимается обычный или различающий ум, в отличие от ума абсолютного или Алая-виджняны.
3 Санскр. klishṭa = букв. «испорченный, повреждённый».

Другим аспектом паравритти будет, соответственно, очищение (viśuddhi1).

В буддизме очень часто используются термины, связанные с окрашиванием, при этом очищение или освобождение от любой окраски означает, что Алая полностью избавлена от двойственных загрязнений или истечений (āsrava2), то есть, Татхагата исполнил свою работу очищения ума-сознания чувствующего существа, которое прежде было не в состоянии сознавать собственные единость [с миром] и всеобщность.

Быть чистым означает пребывать тождественным собственной индивидуальности или самосущей природе (svabhāva). [Иначе говоря,] хотя паравритти является переживанием психологическим, тем не менее, оно сохраняет и [определённый] интеллектуальный оттенок, как и большинство буддийских терминов.

1 Санскр. viśuddhi — букв. vi («из двух частей, двойной») + śuddhi («очищение») = «полное очищение».
2 Санскр. āsrava — букв. ā (предглагольная приставка направления движения «к, по направлению») + srava («истечение, струение») = «дверь, открытая текущей воде», также — «беда, несчастье».


Внутренняя дисциплина и сила Будды

Если паравритти является переживанием, а не просто интеллектуальным постижением, очевидно, что внутренняя дисциплина играет важную роль в жизни буддиста.

На этом настаивает и Ланкаватара, что следует из таких её рекомендаций как «не полагаться на других» (aparapraṇeya1), «преодолевать себя» (śikshitavyam2) и т. п.

Но при этом мы не должны забывать и то, что в Ланкаватаре подчёркивается потребность в силе Будды, которой наделяются бодхисаттвы в ходе их восходящего духовного развития, а также для выполнении великого дела спасения мира.

Не имей они такой постоянной поддержки сверхъестественной силой Будды, они быстро низошли бы до уровня философов3 и шраваков (śrāvaka)4 и никогда не смогли бы достигнуть полного просветления, как и не обрели бы возможности распространять учение о всеобщем спасении.

Действительно, когда пожелает Будда, даже неодушевленные объекты вроде гор, лесов, дворцов и т. п. откликаются на его призыв, а тем более — бодхисаттвы, являющиеся его духовными наследниками!

1 Санскр. aparapraṇeya — букв. a-para («не иметь [спереди или сзади]») + praṇeya («ведущего, направляющего»).
2 Санскр. śikshitavyam — букв. «наставляй/совершенствуй себя».
3 Этим термином Д. Судзуки переводит санскр. tīrthya — букв. «[пролагающий/указующий] путь», в буддизме — именование ложных наставников, а также приверженцев иных учений/воззрений.
4 Санскр. śrāvaka — букв. «слушающий, слушатель», также — «[рядовой] ученик».

Учение об адхиштхане [или покровительстве] обретает ещё большее значение, если принять во внимание влияние, оказанное буддизмом Махаяны на доктрину спасения благодаря исключительно вере.

Силу изначальных обетов бодхисаттвы также можно полагать исходящей от Будды. Если возможность просветления связана с покровительством (адхиштханой) или сверхъестественной силой (прабхавой) Будды, то происхождение всех чудес, имеющих место благодаря просветлению, должно возводиться, в конечном счете, к истоку самой Буддовости.

Во всяком случае, махаянская идея о Будде, способном передавать свою силу другим, знаменует одно из значительнейших отступлений [от канона], позволивших Махаяне отделиться от так называемого примитивного или изначального буддизма.

И как только Будда был признан способным оказывать покровительство-адхиштхану, следующим шагом, который вполне логично должны были совершить его последователи, должна была стать идея искупления страдания.

Наделение другого некой силой — идея позитивная, в то время как страдание во имя другого может быть признано идеей негативной.

И хотя последняя, как ни странно, отсутствует в Ланкаватаре, — Гандавьюха1, как и Праджняпарамита2 весьма красноречивы в изложении концепции искупления страдания.

Согласно этой концепции, сколь бы глубоким ни было страдание, оно может быть передано другому, если последний искренне пожелает, исходя из бескорыстной и всеобъемлющей любви, принять это страдание на себя, так что реальные страдающие не только освобождаются от страданий, но и избавляются от их неблагоприятных последствий, тем самым обретая возможность более легко и успешно продвигаться к достижению счастливой жизни. Всё это идёт категорически вразрез с концепцией индивидуальной ответственности.

Но подлинно верующие нуждаются в этом искупительном страдании для собственного духовного развития.

1 Гандавьюха (gaṇḍavyūha) или Гандавьюха-сутра — заключительная часть куда более объёмистой Аватамсака-сутры или «Сутры цветочной гирлянды».
2 Праджняпарамита (prajñāpāramitā) или Праджняпарамита-сутра (полное название — «Ваджраччхедика праджняпарамита сутра» [«Сутра совершенной мудрости, рассекающей... как удар молнии»], она же — «Алмазная сутра»).


Перенесение собственного или искупление чужого страдания всё ещё остаётся негативом и не способно полностью соответствовать нашим духовным потребностям.

В последнем случае необходимо совершить нечто очень доброе, чтобы противостоять злым, стремящимся завладеть этим миром для собственного прославления.

Потому последователи Махаяны накапливают заслуги не только для собственного просветления, но и для общего умножения заслуг, которые можно равномерно разделить между товарищами-существами, одушевлёнными и неодушевленными. Таково истинное значение слова паринамана1, то есть, посвящение своей заслуги другим во имя их духовного развития.

1 Паринамана, pariṇāmana — букв. pari («вокруг; в обратном направлении») + nāmana («слава, известность»); при этом nāmana имеет и ещё одно значение: «имя собственное; личное имя, прозвище, наречение», вследствие чего термин pariṇāmana может иметь и значение обратное предыдущему, т. е. — «использование чего-либо предназначенного обществу — в личных целях», с чем и связан эпитет «истинное значение слова паринамана»

Как я уже говорил выше, понятие паринамана практически не встречается в Ланкаватаре, что странно. Невозможно представить, что Ланкаватара была составлена ранее Праджняпарамиты или Гандавьюхи1. А если это так, почему нет ни слова о паринамане? Как это объяснить?

1 Согласно последним данным, Ланкаватара приняла вид, известный нам сегодня, в IV-V вв. При этом появление Ваджраччхедики праджняпарамиты относят к III — пер. пол. IV вв., Аватамсака же, содержащая в себе Гандавьюху, датируется ориентировочно I-м веком.


Просветлённый и невежественные

В завершение этого раздела [повторю, что] история буддизма это история взаимоотношений двух групп существ: к первой относятся Будда (он — просветлённый), Татхагата, Архат, остальных же обычно определяют словом сарвасаттва (sarvasattva), что буквально означает «все существа» — жадные до мирских вещей и потому бесконечно страдающие.

Несмотря на страстное влечение к мирским удовольствиям, они осознают своё положение и совершенно им не удовлетворены, а когда задумываются, чувствуют себя внутренне глубоко несчастными. Они жаждут подлинного счастья, предельной реальности и благодатного просветления.

Они смотрят вверх, туда, где Будда, погружённый в медитацию, умиротворённо созерцает их с присущей ему беспредельной мудростью.

Глядя вниз на своих товарищей-существ, неизъяснимо измученных собственной алчностью, неведением и себялюбием, он обеспокоен, поскольку ощущает неодолимое чувство любви, проснувшейся в нём, — любви, ныне совершенно очищенной от всех омрачений себялюбия и объемлющей состраданием весь мир, хотя без привязанности к нему.

Будда покидает свою запредельную обитель. Он виден среди чувствующих существ, каждое из которых воспринимает его согласно собственному [внутреннему] свету.

Беспредельная мудрость (prajñā) и сердце, полное всеобъемлющего сострадания (mahākaruṇā), составляют самую основу Буддовости, в то время как желание или жажда жить (tṛishṇa), неведание смысла жизни (avidyā) и деяния (карма1), проистекающие из слепого следования импульсу жизни, — это то, что составляет неотъемлемую часть природы сарвасаттвы, то есть — всех невежественных и обезумевших от страстей существ.

Один, возвысившийся, глядя вниз, протягивает руку помощи; другие, неспособные высвободиться из житейской путаницы, мечутся в отчаянии и, обнаружив руку помощи, тянутся, чтобы ухватиться за неё.

http://s7.uploads.ru/t/s25Pl.jpg

И этой образной картиной все последующие разделы введения (психологический, логический и онтологический) раскрываются душе буддиста.

1 Карма (karma), здесь — индивидуальная совокупность всех совершённых индивидом благих и неблагих поступков, определяющая жизнь этого человека.

2

II

Психология

То, что можно назвать буддийской психологией в Ланкаватаре, основывается на анализе ума/сознания, то есть, на классификации виджнян. Таким образом, для понимания психологии буддизма необходимо знание следующих терминов: читта, манас, виджняна, мановиджняна и Алая-виджняна.

Начнём с виджняны. Это санскритское слово (vijñāna) состоит из приставки vi-, означающей «разделять, различать», и корня jñā, означающего «воспринимать», «знать».
Таким образом, виджняна это способность различения, распознавания или оценивания.

Когда некий объект оказывается перед глазами, он воспринимается и оценивается как, [например,] красное яблоко или отрез белого полотна, а способность к этому называют виджняной глаза.

Точно также существуют виджняна уха — для звуков, виджняна носа — для запахов, виджняна языка — для вкусовых ощущений, виджняна тела — для осязания и виджняна мышления (manovijñāna) — для мысленных представлений.

Всего насчитывается шесть разновидностей виджняны, предназначенных для различения всевозможных аспектов мира, внешних или внутренних.

Из этих шести виджнян мановиджняна является наиболее важной, поскольку она непосредственно связана с внутренней способностью, известной как манас (manas).

«Манас» примерно соответствует уму как органу мысли, но фактически его значение куда шире, поскольку под ним подразумевается ещё и могущественная сила, привязывающая ум к результату мышления.

Ум можно даже счесть подчиняющимся этой силе привязанности.

Манас сначала желает, затем — различает, чтобы оценить. Оценивать же означает разделять, и это разделение завершается двойственным восприятием существования.

Отсюда [и следует] прочная привязанность манаса к двойственному истолкованию существования. Желание и мышление неотторжимо вплетены в структуру манаса.

Слово читта (citta) происходит от корня чит (cit) «думать», но в Ланкаватаре это слово — производное от чи (ci), «накапливать», «упорядочивать».
Читта, таким образом, означает «хранилище, где накапливаются и сохраняются семена всех мыслей и деяний».

Однако у этого слова есть два смысла — общий и частный. При использовании в общем смысле оно означает «ум», «размышление», «идеи», включая действия манаса, мановиджняны, а также [прочих] виджнян;

в то время как в частном смысле оно является синонимом Алая-виджняны в её относительных аспектах и отличимо от всех остальных умственных способностей.

Однако, будучи использовано в форме читта-матра (citta-mātra) или «только-ум», оно обретает и ещё одно значение.

Мы можем сказать, что читта выступает здесь в смысле высшем из всех возможных, не соответствуя ни просто мышлению, ни умственной деятельности, ни восприятию как функции сознания.
В этом случае читта отождествляется с Алаей в её абсолютном аспекте. Позднее это станет более понятным.

Алая-виджняна это алая + виджняна, а собственно алая — [буквально означает] «склад» или «хранилище», где хранятся всевозможные вещи для будущего использования.

Таким образом, читта, как накопительная способность, отождествляется с Алая-виджняной.

Строго говоря, Алая - это не виджняна, она не обладает никакой различающей силой, без разбора предоставляя кров всему, что поступает в неё по каналам различных виджнян. Алая совершенно безучастна, беспристрастна и не расставляет никаких оценок.

Отношения между различными функциями

Составив представление о том, что означают некоторые важнейшие термины и какие функции ими обозначаются, позволим себе продолжить разбираться в том, как они соотносятся друг с другом.

Всю систему умственных функций называют в Ланкаватаре читта-калапа (cittakalāpa) или виджнянакая (vijñānakāya); термины читта и виджняна используются здесь как синонимы.

В этой умственной системе различают восемь способов деятельности: Алая-виджняна, манас, мановиджняна и пять чувств-виджнян.

Когда эти восемь виджнян делят на две группы, первую группу именуют кхьяти-виджняной (khyāti-vijñāna или виджняной восприятия), другую же — ваступративикальпа-виджняной (vastuprativikalpa-vijñāna или объектно-различающей виджняной).

Но по сути виджняны не делимы на две эти группы, поскольку восприятие и есть различение.

Как только некий объект был воспринят как таковой, то есть, [к примеру,] как твёрдый или как окрашенный и т. п., уже имело место различение.

Действительно, без последнего невозможно первое, и наоборот.

Каждая виджняна выполняет обе эти функции одновременно, в связи с чем можно сказать, что одно действие аналитически разделяется на два: на восприятие и различение.

Но необходимо отметить, что эта двойная активность не присуща Алая-виджняне.

Другой способ классификации виджнян — согласно их лакшанам1 или способам существования, три из которых различаются как:
1) развивающиеся (pravṛitti),
2) совершающие деяния (karma)
3) как сохраняющие свою собственную изначальную природу (jāti)2.

С этой точки зрения, все виджняны — виджняны развивающиеся и совершающие деяния, кроме Алаи, всегда пребывающей в собственной самосущей природе, поскольку виджняны в силу тех или иных причин могут прекратить развитие и свершение деяний, но Алая всегда остаётся такою, какова есть.

1 Лакшана (lakshaṇa) — букв. «знак, признак, характерная особенность, сущностный признак».

2 Джати (jāti) — букв. «рождение; форма существования (вроде животное, человек...) или положение, определяемые рождением (то, что в Европе принято именовать кастой)», но и — «исконная, истинная сущность/природа».

Алая, согласно Ланкаватаре, имеет два аспекта: Алая, какая она есть в себе, именуемая в Сагатхакам1 парамалая-виджняной2, и Алая — как умственное представление, называемое Виджняптир3 Алая.

Эти два аспекта также известны, соответственно, как прабандха (prabandha — «непрерывный») и лакшана (lakshaṇa — «проявленный»).

Алая непрерывна в силу её ничем не нарушаемого существования, проявлена же она по причине её деятельности, воспринимаемой умом.

1 Сагатхакам, sagāthakam — «собрание стихов/гатх»: название особого стихотворного раздела Ланкаватары.
2 Парамалая-виджняна (pāramālaya-vijñāna) — pārama («первичная, высшая, высочайшая») + alaya-vijñāna.
3 Виджняптир, от vijñapti — «сообщать, объявлять».

Отсюда должно быть понятно, что Алая понимается в Ланкаватаре с одной стороны как абсолютная, а с другой — как зависящая от «развития» (pravṛitti).

И именно этот второй, эволюционный аспект Алаи оказывается доступен коварному истолкованию манаса.

Пока Алая пребывает в себе и [ни от чего] не зависима(ниргуна), она не доступна выявлению индивидуальным эмпирическим сознанием и почти неотличима от Пустоты, хотя она неизменно стоит за всеми действими виджнян, поскольку последние сразу же прекратят свою работу, как только Алая будет удалена из существования.

Манас сознаёт у себя «за спиною» присутствие Алаи, а также — непрерывного воздействия последней на всю систему виджнян.

Осмысливая Алаю и представляя её себе неким эго, манас цепляется за неё, как если бы она была реальной, и пользуется сведениями, поставляемыми, соответственно, шестью виджнянами.

Иными словами, манас — это личностное стремление жить и основа различения. При этом выстраивается представление о некой «я»-сущности, а также — принятие мира, внешнего по отношению к себе и отличного от собственной самости.

Действие шести виджнян до некоторой степени механистично, когда условия соответствуют, и они не осознают собственных деяний.

У них нет никаких сведений, помимо соответствующих сферам их деятельности. Они не управляют собою и не имеют никакого представления о собственном существовании и своих деяниях.

О том, что они переживают, они сообщают в «штаб» без комментариев или пояснений.

Манас восседает в «штабе» и подобно величественному генералу собирает всю информацию, поступающую от шести виджнян.

Именно он перемещает и упорядочивает сведения, [полученные от виджнян,] и раздаёт новые распоряжения своим «корреспондентам» согласно собственным потребностям и способностям. После чего эти распоряжения добросовестно исполняются.

Манас — двуликое чудовище, обращённое одним ликом к Алае, а другим — к виджнянам. Он не понимает, что Алая реальна.

В силу разделения, являющегося одной из его основных функций, он видит множественность в Алае и цепляется за эту множественность как за нечто конечное. Отныне это цепляние привязывает его к миру частностей.

Таким образом, желание — мать, а неведение — отец. Так возникает это существование.

Но манас — ещё и обоюдоострый меч. Когда в нём происходит «последнее преображение» (паравритти), изменяется и весь порядок вещей в виджнянакае1 или читта-калапе2.

Одним взмахом меча множественность разбивается на куски и [внутреннему взору] открывается Алая в своей изначальной форме (свалакшане3), то есть, как уединённая реальность (вивиктадхарма4), какою она была изначально — до [возникновения] различения.

Разумеется, манас не является независимым работником, он всегда зависит от Алаи, без которой попросту не способен существовать, но при этом и Алая зависит от манаса.

Алая — абсолютно едина, но эта единость имеет значение, только если сама Алая осознана манасом и признана им в качестве его сторонника (аламба5).

В целом эти отношения являются слишком тонкими, чтобы быть доступными обычным умам, замусоренным с безначальных времён загрязнениями и ложными представлениями.

1 Виджнянакая, букв. vijñānakāya = vijñāna (различающие сознание) + kāya («тело») = «тело распознавания».
2 Читта-калапа, букв. citta-kalāpa = citta («мышление») + kalāpa («то, что удерживает разрозненные части вместе» — «хранилище мыслей/мышления».
3 Свалакшана, букв. svalakshaṇa = sva («свой, собственный») + lakshaṇa («сущностный признак»).
4 Вивиктадхарма, букв. viviktadharma = vivikta («одинокий, одиночный, отдельный») + dharma («закон; основа; природа, естество»).
5 Аламба, букв. ālamba — «то, на что можно положиться или опереться».

Манас, поддерживаемый Алаей, был средоточием желания или жажды (tṛishṇā), кармы и неведения.

Их семена проросли и отложились в Алае.

Когда волны вызваны в океане Алаи ветром объективности — именно так интерпретируемым манасом — эти семена постоянно подпитывают непрерывный поток вод виджняны.

В той общей суете, в которой все мы, чувствующие существа, живём, Алая «повинна» столь же, сколь и манас; поскольку, если Алаей отвергнуты семена, доставленные в потоке виджняны, то манас, возможно, окажется не способен выполнять две свои основные функции: влечения и различения.

Но в то же время в силу самоочищающейся природы Алаи может произойти великое крушение, известное как «последнее преображение».

С этим «последним преображением», произошедшим в Алае, [состояние] манаса связано настолько глубоко, что [он] также переживает преображение в своём базовом отношении к виджнянам. Последние более не воспринимаются [им] как поставщики сведений из внешнего мира, характеризующегося особостью и многообразием.

Это положение отныне отвергнуто, внешний мир как таковой более не привязывается [к манасу], то есть, [не воспринимается] как реальность; поскольку он — всего лишь отражение Алаи.

Алая смотрелась в зеркало манаса. С самого начала не существовало ничего, кроме неё. Отсюда — доктрина «только-Ума» (cittamātra) или «только-Алаи».

Религиозное значение

Необходимость осознания Алаи в обоих её аспектах — (1) как абсолютной реальности (viviktadharma) и (2) как подчиняющейся причинной обусловленности (hetuka), следует из махаянской концепции буддовости (buddhatā). Окажись буддовость чем-то абсолютно отъединённым, все усилия, прилагаемые чувствующими существами для достижения просветления, не имели бы никакого смысла. Иначе говоря, [в этом случае] всё то, что стремятся делать для чувствующих существ Татхагаты, было бы недостижимо. Должно быть нечто доступное каждому, чтобы на сигнал, поданный на одном конце, получивший его ответил на другом. Таким образом, Алая с одной стороны известна как Татхагата-гарбха (Tathāgata-garbha) или лоно Татхагат, а с другой — представляется невеждам некой самостью-душой (пудгала1 или атман2).

1 Пудгала, букв. pudgala — «я/самость» (в уничижительном смысле).
2 Атман, букв. ātman — «душа как основа жизни и восприятия» (также — душа в высшем/абстрактном смысле).

Следовательно, Татхагата-гарбха, называемая с психологической точки зрения Алая-виджняной, является вместилищем вещей — хороших и плохих, чистых и загрязнённых. Другими словами, Татхагата-гарбха изначально, по своей самосущей природе, безупречна, но в силу определённых внешних загрязнений (агантуклеша1) омрачается, в состоянии же омрачения — обычно присущем всем чувствующим существам — становится невозможным интуитивное проникновение (пратьякша2).

Если же оно невозможно, как это имеет место с философами и невежественными массами, Гарбху иногда полагают творцом (карана3), а иногда — «я»-веществом (атман). Поскольку её полагают именно такой, это позволяет ей мигрировать по шести мирам существования4. Однако как только имеет место интуитивное проникновение в изначальную чистоту (пракритипуришуддхи)5 Татхагата-гарбхи, вся система виджнян переживает [подлинную] революцию. [И] если бы Татхагата-гарбха или Алая-виджняна не представляли собою таинственной смеси чистоты и загрязнения, добра и зла, это внезапное преображение (паравритти) всей личности было бы невозможно.

То есть, если бы Гарбха или Алая, будучи сами по себе абсолютно нейтральными и «неокрашенными», не допускали по сути своей определенной иррациональности, ни одно из чувствующих существ никогда не стало бы Буддой и никакое просветление не могло быть пережито никем из людей. Основывающееся на логике должно быть так или иначе превзойдено. И поскольку эта нелогичность практически возможна, в Махаяне возникает учение о только-уме или ничего, кроме ума (читта-матра).

1 Агантуклеша, āgantukleśa = āgantu («добавленное; налипшее») + kleśa («страдание, несчастье, печаль, недуг...»).
2 Пратьякша, pratyaksha — «непосредственное восприятие».
3 Карана, karaṇa — «действующий, творящий».
4 Шесть способов существования — речь идёт о шести сансарических эволюционных мирах или способах развития сознания: 1) мир богов (дэвов); 2) мир полубогов/не-богов (асуров); 3) мир людей; 4) мир животных; 5) мир голодных духов (претов); 6) мир обитателей адов.
5 Пракритипуришуддхи, prakṛitipuriśuddhi — букв.: prakṛiti («пра- или перво-материя») + pura «вещество» + śuddhi («очищение, освобождение от загрязнений»).


Онтология1 и двойная бессамостность

При обсуждении теории Только Ума мы должны избегать психологического толкования этого термина. Здесь под умом (читта), понимается не наш индивидуальный ум, подчиненный закону причинности (хетупратьяя2). Абсолютный Ум-читта превосходит любые двойственные представления о существовании, он не принадлежит ни системе виджнян, ни нашему объектному миру (вишая3). Потому в Ланкаватаре этот Ум-читта часто описывается в терминах онтологии.

1 Онтология — учение о бытии как таковом, описывающее фундаментальные основы/принципы бытия и его наиболее общие сущности и категории.
2 Хетупратьяя, hetupratyaya = hetu («причина, основание») + pratyaya («почва, основа»).
3 Вишая, vishaya — «объект или предмет, доступный чувственному восприятию».

Наиболее важный из этих терминов — Васту, встречающийся в тексте Ланкаватары в одном случае рядом с Татхатой (tathātā), а в другом — рядом с Арьей (ārya). В первом случае Васту и Татхата используются как синонимы: являющееся Татхатой является Васту. Термин «Татхата», который можно перевести и как «Таковость», и как «Этость», достаточно часто встречается в текстах Махаяны для обозначения высшей реальности, постигаемой лишь беспредельной мудростью или Праджней (prajñā); а под Васту (vastu) в буддизме, и в большинстве случаев — в Ланкаватаре, обычно понимается «обособленный объект, рассматриваемый как внешний по отношению к виджнянам». Но очевидно, что там, где Васту является Татхатой, это слово должно означать Предельную или Высшую Реальность.

Во втором случае, когда Арья увязывается с Васту, арья должно выступать в роли определяющего прилагательного, то есть, эта реальность является чем-то, описываемым как арья — «благородным», «священным» или «достоверным».

Высшую реальность также называют «тем, что существовало изначально» (pūrvadharmasthititā или paurāṇasthitidharmatā). Поскольку это — наидревнейшая реальность, её выявление означает [для достигшего] возвращение в свою исконную обитель, в которой всё, наблюдаемое вокруг возвратившимся сюда, — и близко, и знакомо ему издревле. Потому в чань/дзэн-буддизме переживание [этого состояния] сравнивают с возвращением в родной дом и обретением спокойной оседлости (歸家穩坐, гуй [возвратиться] цзя [домой] вэнь [спокойно] цзо [сидеть]). Будды, просветлённые — все покоятся здесь, как золото — в сокровищнице. Вечносущая реальность (sthititā dharmatā) — не подвержена изменениям.

Быть превыше любых изменений означает пребывать в собственном жилище, не покидая его, и оттого [пребывание в этой] реальности определяется как «быть верным себе/своему месту» (svastha), или «не покидать собственного жилища» (svasthāne 'vatishṭhate). Чтобы не покидать собственного жилища, следует быть единым, уединённым, совершенным. Следовательно, эта Реальность есть Уединённая Дхарма (вивиктадхарма), нечто уединённое, [или] Бхутакоти1 — предел реальности, предполагающий соответствующий образ мысли. Это вновь — Экагра2, вершина единости, и эта вершина или предел/высшая точка (koṭi) одновременно является не-вершиной, не-пределом, потому что она достигается лишь тогда, когда происходит заключительный скачок за пределы множественного многообразия вещей.

1 Бхутакоти, bhūtakoṭi — bhūta («существо») + koṭi («высшая точка») = «предел развития существ».
2 Экагра, ekāgra — «одноточечность» или «полное сосредоточение на одном», также — «неколебимость, нерушимость».

Более распространённые наименования высшей реальности, известной как Читта, — Татхата («таковость» или «этость»), Сатьята1 («состояние истинности»), Бхутата2 («состояние подлинной реальности»), Дхармадхату3 («царство истины»), Нирвана, Постоянство (нитья)4, Тождественность (самата)5, Не-двойственность (адвайя)6, Прекращение (ниродха)7, Бесформенное (анимитта)8, Пустота (Шуньята)9 и т. п.
1 Сатьята, satyatā — «истина», а также — «любовь к истине; правдивость».
2 Бхутата, bhūtatā — «реальность; истина».
3 Дхармадхату, dharmadhātu — «[пребывание на] уровне Дхармы/Закона/Истины».
4 Нитья, nitya — «постоянство, независимость».
5 Самата, samatā — «равность, тождественность».
6 Адвайя, advaya — «недвойственность, единость».
7 Ниродха, nirodha — «остановка, прекращение», но и «заключение в темницу».
8 Анимитта, animitta — «не имеющее признаков», а также — «беспричинное».
9 Шуньята, śūnyatā — «пустота, пустотность».

В этих определениях встречается естественное для психологии Махаяны отрицание [реальности] существования самости-души или «я»-сущности в Алае и онтологически утверждается, что трагедия жизни проистекает из веры в реальность существования или окончательность [любого] индивидуального объекта. Первое терминологически называют доктриной пудгала-ниратмья1 (бессамостности людей)2, второе — дхарма-ниратмья3, (бессущностности вещей), [согласно] первой отрицается реальность [существования] самости-души, а второю — предметность любого обособленного объекта.

1 Пудгала-ниратмья, букв. pudgalanairātmya — pudgala («душа; обособленная сущность; личностное бытие») + nairātmya/nirātmya («отсутствие обособленной сущности/души либо обособленного существования») = «душа, не имеющая самости».
2 Татхагата-гарбху не следует путать с Пудгалой или Атманом. О не-существование личной самости-души и не-реальности обособленных объектов особо см. в Гл. I настоящего перевода. — Прим. Д. Судзуки.
3 Дхарма-ниратмья, букв. dharmanairātmya — dharma (здесь: «форма, объект, предмет») + nairātmya/nirātmya («отсутствие обособленной сущности/души либо обособленного существования») = «объект, не имеющий сущности».

На первый взгляд подобное отрицание наличия Атмана у людей и индивидуальных объектов представляется негативным и не имеющим никакого морального значения. Но когда осознаёшь, что в конечном счёте имеется в виду под Читта-матрой (Только Умом) или Вивиктадхармой (Уединённой Реальностью), понимаешь, что негативизм [этого отрицания] существует [лишь] на уровне рассудочности и относительного знания.

1 Пудгала-ниратмья, букв. pudgalanairātmya — pudgala («душа; обособленная сущность; личностное бытие») + nairātmya/nirātmya («отсутствие обособленной сущности/души либо обособленного существования») = «душа, не имеющая самости».

Термин «середина» (madhyama), означающий «Серединный Путь», не встречается в текстах Ланкаватары, за исключением [неоднократных упоминаний в] дополнительной главе — Сагатхакам. Но идея о том, что истина не постигается путём двойственного толкования существования и пребывает вне представлений о бытии и не-бытии, повсеместно подчёркивается в Ланкаватаре. Фактически, можно сказать, что [задача] этого тезиса, одного из основных в Ланкаватаре, — определить [истинность] Абсолюта, допускающего возможность [возникновения] мира частностей, но [при этом] недоступного постижению посредством [суждений о] бытии и не-бытии (астинаститва)2. Таким Абсолютом [как раз и] является Серединный Путь школы Мадхьямака3.

1 Асти-наститва, asti-nāstitva — asti («существующее») + nāsti («не-существующее») + tva = «нечто/некто».
2 Мадхьямака, madhyamaka — «ближайший к центру, серединный».


Недостижимость

Этот выход за пределы всех форм двойственности, тем не менее, может определяться многообразно: как бытие и не-бытие, как единость и множественность, как это и то, как причинно обусловленное и [одновременно] не имеющее причинной обусловленности, как форма и бесформенность, как утверждение и отрицание, как Сансара и Нирвана, как неведение и знание, как деяние и не-деяние, как добро и зло, как чистота и загрязнённость, как самость и бессамостность, как мирское и надмирное...

И так — до бесконечности: это [состояние] превосходит [любые] границы мира противоположностей и противостояний, являя собою одну из наиболее важных идей Махаяны. Не существует ничего реального, пока мы вязнем в путанице относительного, и [здесь] никогда не завершиться нашим страданиям. Потому надлежит прилагать усилия, чтобы овладеть реальностью, но эта реальность не является чем-то совершенно обособленным. Будь она такой — никто из нас не мог бы ухватить хотя бы отблеск её, а если вдруг кому-нибудь это всё же удалось, она превратилась бы в нечто противостоящее миру относительности, что означало бы утрату её обособленности, то есть, обособленное стало бы частью этого мира.

Таким образом, согласно буддийской философии реальность должна постигаться в этом мире и посредством этого мира, поскольку она — «Вовне, которое одновременно Внутри». В Ланкаватаре она сравнивается с луной, отражённой в воде, или цветком, увиденным в зеркале. Она внутри и всё же — снаружи, она — снаружи и всё же внутри. Этот аспект реальности описывается как «недостижимый» или «недосягаемый» (anupalabdha). И именно в силу его недоступности в мире частностей, с точки зрения реальности он подобен сну, миражу и так далее. Тончайшие связи реальности с [объектным] миром не доступны описанию: эта реальность посвящает в свои тайны лишь тех, кто действительно выявил её в себе посредством благородной мудрости (арья-джняны1 или праджни2). И это выявление — также своего рода знание, хотя и отличное от того, что обычно понимается под этим словом.

1 Арья-джняна, āryajñāna — ārya («благородный») + jñāna («знание»).
2 Праджня, prajñā — «мудрость», а также — «беспредельное знание».


Эпистемология или Теория познания

Соответственно, без теории познания философия Махаяны оказывается [попросту] непонятной. Ланкаватара достаточно определённа в отношении двух форм познания: одна — для постижения Абсолюта или вхождения в царство Только Ума, а другая — для осознания существования в его двойственном аспекте, где преобладает логика и активны виджняны. Вторая форма познания именуется в Ланкаватаре Различением (викальпой), а первая — беспредельной мудростью или [беспредельным] знанием (праджней). [Умению] распознавать две эти формы познания придаётся крайне важное значение в буддийской философии.

В Ланкаватаре отдаётся явное предпочтение [термину] Арья-джняна вместо Праджня, хотя последнее наименование используется в буддизме со времён его возникновения. Арья-джняну или благородную мудрость обычно увязывают с Пратьяатмой1, внутренним «я», показывая, что эта благородная высшая мудрость является умственной функцией, действующей в глубинах нашего существа. Будучи связано с высшей реальностью или предельной истиной, она не является внешним/поверхностным знанием, имеющим дело с частными объектами и их взаимодействиями. Это — интуитивное постижение, которое, проникая через внешние оболочки существующего, достигает основы, логически и онтологически являющейся причиной всего.

1 Пратьяатма, букв. pratyātma — prati («перед») + ātma («душа, самость»).

Ланкаватара не устаёт убеждать своих читателей в важности этого постижения для обретения духовной свободы, поскольку оно представляет собою фундаментальное интуитивное [проникновение] в истину Только Ума и составляет [суть] буддийского просветления, с которого поистине начинается духовная жизнь бодхисаттвы.

Беспредельное Знание-Джняна определяется в Ланкаватаре по-разному. Это и правичая-буддхи1, то есть, проницательность, основывающаяся на первичной основе существования, и сва-буддхи2 (внутреннее постижение); Нирабхаса3 или Анабхаса4 (безóбразное), превосходящее все осязаемые формы; и Нирвикальпа5 (недоступное различению), [но под любым именем] имеется в виду непосредственное эмпирическое знание, возникающее ещё до появления любой формы различения и поэтому ни в коей мере не выразимое посредством слов (вач6 или рута7). Пробуждение высшего знания (ануттарасамьяксамбодхи8) — [основная] тема Праджняпарамитских сутр9, но в Ланкаватаре акцент разговора смещён на выявление посредством Благородного Знания предельной [либо — первичной] реальности, которая есть Только Ум. Этот психологический акцент, характерный именно для Ланкаватары, ставит эту сутру на особое место в литературе Махаяны.

1 Правичая-буддхи, букв. pravicayabuddhi — pravicaya («исследование, изучение») + buddhi («ум; деятельность ума»).
2 Сва-буддхи, букв. svabuddhi — sva («свой, своя») + buddhi («ум; деятельность ума»).
3 Нирабхаса, nirābhāsa — nis (nir) («лишённое, свободное от») + ābhāsa («внешнее проявление») = «лишённое внешних проявлений».
4 Анабхаса, anābhāsa — a(n) («не, без») + ābhāsa («внешнее проявление») = «не имеющее внешних проявлений».
5 Нирвикальпа, букв. nirvikalpa — nis (nir) («лишённое, свободное от») + vikalpa («различение, восприятие») = «неразличимое».
6 Вач, vāc — «звук, слово, высказывание».
7 Рута, ruta — «звук; нечто прозвучавшее».
8 Ануттарасамьяксамбодхи, anuttarasamyaksaṁbodhi — anuttara («высшее, превосходное») + samyak-saṁbodhi («совершенное просветление»).
9 Праджняпарамитские сутры — корпус буддийских текстов, повествующих о достижении Праджняпарамиты (prajñā-pāramitā — «совершенство [благородной] мудрости»). Наиболее известные из них — Алмазная сутра (Ваджраччхедика-праджняпарамита сутра) и Сутра Сердца (Праджняпарамита хридая сутра).

Знание, противопоставляемое Праджне или Арья-джняне, именуют викальпабуддхи, или просто викальпа1, что я перевёл как «различение». Это относительное знание, действующее на уровне двойственности. Его можно назвать дихотомическим или разделяющим, и именно благодаря ему стало возможным появление суждений. Существование постоянно делится нами на концептуальные пары — тезис и антитезис, то есть — на бытие и не-бытие, постоянное и непостоянное, Нирвану и Сансару, рождение и смерть, творящего и сотворённое, это и то, «я» и «не-я» и так до бесконечности.

Всё это происходит в силу действия различения-викальпы. Таким образом, лакшана (форма[/облик]) существования, предстающая нам, это не его истинная сущность, а творение нашего собственного [различающего] мышления (виджняпти2).

Но наш ум-буддхи, предпочитающий множественности, не в состоянии понять это и заставляет нас цепляться за [кажущиеся] проявления как за реальные. В результате, мир, в котором мы теперь живём, предстаёт не таким, каков он есть по сути, поскольку отныне он — то, что мы измыслили согласно нашему собственному невежеству и различению. Реальность ускользает от нас, истина не даётся нашему пониманию, ложные представления накапливаются, ошибочные суждения продолжают громоздить одну сложность на другую. Несознаваемые влечения (васана3), созданные таким образом, захватывают полную власть над Алая-виджняной, и Алая-Абсолют вовеки неспособна высвободиться из-под этих нагромождений. И нашим уделом становятся бессмысленные нескончаемые перерождения.

1 Викальпа, букв. vikalpa — «ошибка, заблуждение; различие; выбор...».
2 Виджняпти, букв. vijñapti — vi «двойной, двойственный» + jñapti («понимание, представление»).
3 Васана, букв. vāsanā — «несознаваемые впечатления/представления/“отпечатки”, оставшиеся в подсознании и оказывающее влияние на жизнь человека».


Двойственная Истина (сатья)1

О различиях между высшей истиной (пармартха-сатья2) и истиной условной (самврити-сатья3) в Ланкаватаре явно не говорится, но упоминания о них встречаются и упоминается, что ложное различение принадлежит к разряду шаблонов или условностей. Санскритское слово для обозначения конвенциональных условностей — вьявахара4, т. е. тот житейский опыт, согласно которому мы говорим о вещах рождённых и разрушенных, а также о том как, что, где, почему и т. п. применительно к сущему. Эта разновидность познания не помогает нам достичь проникновения в глубины бытия.

1 Сатья, satya — «истинное, реальное; истина, реальность...».
2 Парамартха-сатья, paramārtha-satya — «высшая или совокупная истина».
3 Самврити-сатья, samvṛiti-satya — «ограниченная истина».
3 Вьявахара, vyavahāra — «обыкновение, привычка».


Три свабхавы

Ещё один способ классификации [источников] познания, упоминаемый в Ланкаватаре, известен как три свабхавы1. Это классификация, общепринятая во всех школах буддизма Махаяны. Свабхава означает «самосущая природа», либо «независимая реальность», либо «самодостаточная сущность», существование которой в той или иной степени общепризнано.

Первую форму [обретения] знания, благодаря которому воспринимается реальность вещей, называют парикальпита2 или «воображаемым», то есть, [плодом] воображения в его обычном смысле. Знание, получаемое таким образом, иллюзорно, поскольку вещи, полагаемые реально существующими, в действительности таковыми не являются. Это подобно наблюдению миража, исчезающего по мере приближения к нему. Следовательно, воображаемые (парикальпита) объекты не обладают никакой объективной реальностью.

1 Свабхава, svabhāva — sva («самость») + bhā («быть, иметь место») — «самосущее бытие» или «самобытие», переводится также как «самосущая природа».
2 Парикальпита, parikalpita — «выбранное, вожделенное, воображённое...».

Второю из форм познания, посредством которого мы исследуем существующее, является паратантра1 или «зависимость от другого». Это разновидность научного познания, основывающегося на анализе. Буддисты прибегают к этому методу, чтобы опровергнуть субстанциональность [или реальность существования] обособленных объектов, то есть, свабхаватву2 вещей. Согласно ему, в мире нет ничего существующего независимо, существование всего, чего ни возьми, зависит от чего-то ещё: все вещи взаимно обусловлены, неразрывно связаны друг с другом. Раздробите на части объект, воспринимаемый как завершённый, и он растворится в прозрачном небытии. Современные учёные утверждают, что существование — не более чем [реализация] математических формул. Последователи Махаяны сказали бы, что не существует никакой свабхавы в чём-либо основанном на виджнянах, если исследовать его с точки зрения паратантры.

1 Паратантра, букв. paratantra — para («управление, главенство») + tantra («другой [не-я], посторонний») = «зависимость».
2 Свабхаватва, svabhāvatva — sva («самость») + bhāvatva («состояние становления или бытия»).

Воображаемая видимость (парикальпита) не даёт нам истинного знания о реальности, а относительность видимости (паратантра) обращает её в небытие. Если это так, то к чему прибиться нашей лодке [в поисках] просветления? Ланкаватара утверждает, что существует третий способ познания сущего, названный паринишпанна1, т. е. — «совершенный», позволяющий истинно ознакомиться с реальностью как она есть. Это то «совершенное» знание, благодаря которому мы обретаем возможность истинно проникнуть в природу сущего, подлинно познать то, что понимается под свабхавой, и заявить, что не существует никакой такой свабхавы, какою она воображается невеждами, а также — что всё по сути своей пустотно (шунья2).

1 Паринишпанна, букв. parinishpanna — pari («высшая степень») + nishpanna («завершённый, совершенный»).
2 Шунья, śūnya — «пустое, пустотное».

Безупречное или совершенное знание исходит из Праджни или Арья-джняны, называемой иногда просто Джняной, проникающей в таковость вещей. Джняна [даёт возможность] воспринимать вещи такими, как они есть, поскольку превосходит пределы царства бытия и не-бытия, где владычествуют различение, закон двойственности/дихотомии, и погружается в бездну, где нет никаких теней (анабхаса1). Это называют самовыявлением (свасиддхи2). Ланкаватара утверждает, что, поскольку мудрые видят реальность оком Праджни, они достоверно вникают в то, чем является реальность, то есть — в её самосущую природу (бхавасвабхава3), [отчего воспринимают её истинно,] а не так, как она видится невеждам, чей взгляд никогда не выходит за пределы горизонта относительности.

1 Анабхаса, anābhāsa — a(n) («не, без») + ābhāsa («внешнее проявление») = «не имеющее внешних проявлений».
2 Свасиддхи, svasiddhi — sva («самость, себя») + siddhi «достижение, совершенство» = «обретение/раскрытие себя».
3 Бхавасвабхава, bhāvasvabhāva — bhāva («природа, бытие») + sva («самость») + bhāva («природа, бытие») = «природа самосуществующего бытия».

Ещё это называется «проникать в пустоту вещей». Пустотность (Шуньята), однако, не означает «относительность», как полагают некоторые ученые. Относительная пустотность находится на низшем из уровней знания и не даёт реального представления о существующем как таковом. Пустота или пустотность, проповеданная в текстах Махаяны, неизмеримо глубже по сути. Она — объект беспредельного знания. Оставаясь в мире относительности, где правят законы логики, нельзя составить даже отдалённого представления об истинной пустоте или о том, что определяется в Праджняпарамите как Великая Пустота или Махашуньята. В Ланкаватаре эта разновидность Шуньяты также упоминается как одна из семи Пустот. Так называемая относительная пустота соответствует первой из этих семи Пустот, в то время как Шуньята Махаяны это Парамартха-арьяджняна-махашуньята2, то есть, Великая Пустота Благородной Мудрости, являющаяся высшей реальностью.

1 Парамартха-арьяджняна-махашуньята, paramārtha-āryajñāna-mahāśūnyatā — paramārtha («высшая») + āryajñāna «благородная мудрость» mahā («великая») + śūnyatā («пустота»).


Пять дхарм

Перед тем как завершить этот раздел, следует упомянуть о том, что известно как пять дхарм, служащих в Ланкаватаре одною из главных тем бесед. Эти пять дхарм и три свабхавы — два способа классификации одного и того же. Перечислим эти пять дхарм: Проявления (нимитта1), Имена (нама2), Различение (самкальпа3), Правильное Знание (самьягджняна4) и Таковость (татхата). Первые три дхармы соответствуют двум из трёх свабхав: парикальпите5 и паратантре6, в то время как две последние — паринишпанне7.

1 Нимитта, nimitta — «имеющее признаки».
2 Нама, nāma — «именованное», от nāman — «знак, признак, форма».
3 Самкальпа, saṁkalpa — «представление, идея или понятие, сформированное в уме или сердце».
4 Самьягджняна, samyag-jñāna — «правильное знание».
5 Парикальпита, parikalpita — «выбранное, вожделенное, воображённое...».
6 Паратантра, букв. paratantra — para («управление, главенство») + tantra («другой [не-я], посторонний»).
7 Паринишпанна, букв. parinishpanna — pari («высшая степень») + nishpanna («завершённый, совершенный»).

Наше относительное знание начинается с восприятия проявлений, которым даются имена. Далее эти имена мыслятся как реальные и различение продолжается. Мы можем сказать, что различение возникло у нас первым, даже когда не имело место то, что называется восприятием, поскольку именование невозможно без определённого рода различения. Дальше — хуже, поскольку мы начинаем убеждать себя и думать, будто, придав имена, мы успешно разобрались с реальностью, и успокаиваемся по поводу вопросов духовности. Хотя, [казалось бы,] без именования невозможно никакое познание, Правильное Знание (самьякджняна) так не обретается, поскольку оно — невыразимо, неименуемо, и его смысл (артха1), не объять словами. На этот счёт в Ланкаватаре не допускается никакой двусмысленности: в ней категорически не рекомендуется привязываться к словам.

1 Артха, artha — «смысл, значение, содержание».

Объектом Правильного Знания является Таковость вещей как не обусловленная категориями бытия и не-бытия, в том смысле, что предельная реальность, как сказано [в Ланкаватаре], подобна [отражению] луны в воде: она ни в глубине вод, ни снаружи.

Мы не можем сказать, что луна находится в воде, поскольку это — простое отражение; но не можем сказать, что она не там, поскольку луна, хотя это может быть всего лишь отражение, действительно находится перед нами. Существует множество объектов не реальных с точки зрения относительности, как и с точки зрения Таковости.

Если кому-то придёт в голову заявить, что подобная реальность, признаваемая Махаяной, является уж слишком эфемерной, призрачной и нереальной для наших духовных устремлений, Ланкаватара готова немедленно парировать: «Вы всё ещё остаётесь на уровне относительности». Когда пробуждена Арья-джняна, нет ничего реальнее Таковости/Татхаты, а само слово «Таковость» оказывается термином, наиболее подходящим для неё в пределах нашей способности именовать.

3

III

Послание Ланкаватары

Ланкаватара содержит и множество других интересных мыслей, достойных обсуждения в этом Введении. Но поскольку я уже [и так] посвятил этому множество страниц и читатель, пожелавший узнать больше о сутре, может обратиться к моим «Исследованиям Ланкаватары», то здесь я добавлю просто несколько слов о положении этой сутры в общем ряду текстов Махаяны.

Хотя мы всё ещё пребываем в глубоком неведении относительно того, как буддизм Махаяны развивался в Индии, мы знаем, что, когда он было ввезен в Китай миссионерами из Индии и Средней Азии, там его восприняли как исходящий непосредственно из золотых уст Будды, и то, что развивалось на протяжении нескольких сотен лет после его смерти, было воспринято как система, полностью сформировавшаяся в течение периода его жизни, составившего порядка половины столетия после его Просветления. Когда сутры были переведены на китайский (первый из этих переводов появился в 68 г. н. э.), они глубоко взволновали умы китайцев, а затем и японцев, пробуждающе подействовав на их религиозное сознание. Далее [назову] важнейшие тексты Махаяны настолько значительно повлиявшие на религиозные чувства дальневосточных народов, что это продолжается и по сей день.

(1) Саддхарма-пундарика-сутра1. Одно из главных положений этого вдохновенного писания — весть о том, что Будда никогда не умирал и вечно живёт на Орлиной горе2, проповедуя собранию шраваков, пратьекабудд и бодхисаттв, являющихся такими же существами, как и мы, а также — что у Будды есть лишь одна колесница (яна3) для всех существ. Это, вероятно, было революционным учением в то время, когда современники полагали Будду столь же преходящим и смертным, как и самих себя, и когда единственным, что осталось после его ухода в Нирвану, была его Дхарма, т. е. Учение, к которому его последователи обращались в поисках своего Мастера-Наставника.

1 Саддхарма-пундарика-сутра, saddharma-puṇḍarīka-sūtra — sad-dharma («благой закон») + puṇḍarīka («цветок лотоса») + sūtra («сутра, священный текст») = «Сутра Лотоса Благого Закона» или «Лотосовая сутра».
2 Орлиная гора или Орлиный пик (Гридхракута), gṛdhrakūṭa — gṛdhra («орёл, гриф») + kūṭa «гора, пик» — именно здесь, согласно преданию, Будда проповедовал собранию бодхисаттв и прочих существ основные сутры Махаяны, в частности — упомянутую выше Лотосовую.
3 Яна, букв. yāna — «повозка, транспортное средство, колесница»; в буддизме — «путь или способ достижения Освобождения».


(2) Авалокитешвара-викурвана-нирдеша1. В Японии эта сутра известна ещё и как Kwannon-gyo, а образована она двадцатью четырьмя главами санскритской Лотосовой сутры, но рассматривать её лучше как самостоятельный текст, поскольку она содержит вполне независимое послание и именно так воспринимается, пусть и не всегда сознательно, её приверженцами. [Бодхисаттва] Авалокитешвара здесь представлен как божество милосердия, помогающее любому, столкнувшемуся как с духовными, так и материальными трудностями. В народном представлении это божество скорее женского, чем мужского рода, во всяком случае — преимущественно женское, поскольку милосердие зачастую ассоциируется с вечной женственностью. [В Китае он почитается как богиня Гуань-инь]. То, что он способен принимать различные формы (викурвана) для достижения своих целей, обращено прежде всего к религиозным представлениям восточных народов. И это учение о преображениях — одна из характерных особенностей буддизма Махаяны.

1 Авалокитешвара-викурвана-нирдеша, avalokiteśvara-vikurvaṇa-nirdeśa — букв. avalokita («надзирающий, всевидящий») + iśvara («правитель, повелитель») [в буддизме Авалокитешвара — имя одного из наиболее почитаемых бодхисаттв] + vikurvaṇa («умеющий принимать различные формы») + nirdeśa («описание, учение о...».


(3) Аватамсака-сутра1. Энциклопедическая сутра, частями которой являются Гандавьюха и Дашабхумика. Это ещё одна сутра Махаяны, значительно повлиявшая на жизнь и мировоззрение китайцев и японцев. Так называемое Глубокое проникновение, которое составляет центральную мысль сутры, образно и эффективно рассматривается в китайских её переводах, выполненных Буддабхадрой (60 свитков), Шикшанандой (80 свитков) и Праджней (60 свитков). В том виде, который нам известен теперь, Аватамсака содержит множество сутр, которые можно счесть самостоятельными, хотя они без сомнения принадлежат к литературе одного и того же разряда. С современной точки зрения чтение этой сутры может показаться утомительным, поскольку главная тема представлена там пространно и требуется определённое время, прежде чем читатель проникнется атмосферой сутры. Однако после неспешного и терпеливого ознакомления с текстом невозможно остаться равнодушным к её духу, величественные горизонты которого, несомненно, выходят далеко за пределы обыденного человеческого понимания. Огромная высеченная в скале фигура Вайрочаны2 в Лун-мэне (Lung-men) и бронзовая фигура в Наре, — китайский и японский, соответственно, творческий отклик на духовный подъём, вызванный там Аватамсакой или Гандавьюхой, которые суть одно и то же.

1 Аватамсака-сутра, avataṁsaka sūtra — avataṁsaka («[цветочная] гирлянда») + sūtra («сутра, священный текст»).
2 Вайрочана, букв. Vairocana — «порождённый солнцем», имя одного из будд традиции махаяны, олицетворяющего сияние, озаряющий свет.


Ещё одним важным моментом этой сутры, оказавшим глубокое влияния на восточное мышление, стал образ бодхисаттвы Самантабхадры с его «десятью неистощимыми обетами». Он отказался уходить в Нирвану, служащую предметом устремлений всех буддистов, пока [во вселенной] остаётся хотя бы одна не спасённая душа. Под «душой» тут понимается душа не только человечья, но и всякого существа, живого или неодушевлённого. Таков обет Самантабхадры: освободить [всех] животных, все растения и даже такие неодушевлённые сущности как горы, воды, земли и т. д. от уз неведения и кармы. Кроме того, его представление о вселенной намного шире и одухотворённее привычного для нас.

(4) Праджняпарамита-сутра. Как полагают большинство философов-махаянистов, это один из первых текстов Махаяны, направленный против казуистической схоластики ранних буддийских учёных и представляющий нам концепцию Пустоты или Отсутствия (Шуньята), благодаря которой устраняются последние из привязанностей. Оставаться уединённым в Пустоте и даже — посреди Пустоты, исчезающей вокруг: таков способ совершенного освобождения, предложенный Праджняпарамитой. Это было достаточно ясным заявлением со стороны приверженцев Махаяны. И обращалось оно преимущественно к рассудку, а не только к мистическому [опыту]. В то время как Аватамсака наполняла вселенную воображаемыми вещами, вплоть до мельчайшей из её частиц, Пражняпарамита уничтожала буквально всё во вселенной, становящейся отныне поистине беспредельно Пустотной. И на протяжении шестиста свитков сутры нас убеждают не бояться [этого полного Отсутствия], не теряться перед этой безбрежной Пустотой. Усомнившись же в [истинности] этого евангелия совершенной Пустоты, мы, как утверждает Будда, не сможем стать достойными последователями Махаяны.

(5) Вималакирти-сутра (Vimalakīrti-sūtra). Это — шедевр, драма [идей], обладающая изрядными литературными достоинствами, в силу чего она была куда более читаемой мирянами, нежели другие буддийские сутры. Назначение этой сутры — избавить нас от нечистой оболочки привязанностей, в которую мы оказались укутанными с тех пор, как осознали существование внешнего мира. Ещё одна важная особенность этой сутры — то, что главный персонаж в ней не Будда, а состоятельный мирянин по имени Вималакирти. Этот искушённый в полемике пожилой философ посрамляет всех шраваков и бодхисаттв (за исключением их главы Манджушри), явившихся к нему, чтобы вступить с ним в спор по поводу глубочайших истин буддизма. Манджушри же выступил [в этом диспуте] достойным оппонентом этого мирского ученика Будды. Что следует отметить в этом махаянском повествовании особо, — это [следующий из него вывод,] что в буддизме для достижения просветления не требуется вести бродячую [нищенскую] жизнь, подобно бхикшу1; то есть, образ жизни домохозяина2 столь же благодатен и чист, как и путь нищенствующего.

1 Бхикшу, bhikshu — букв. «нищий, просящий милостыню»: в индуизме — четвёртый этап/ашрам жизни, когда человек полностью посвящает себя аскетизму и питается лишь благодаря милостыне.
2 Домохозяин, букв. gŗhastha — gŗha («слуга; дом, жилище; семья») + -stha («находящийся где-либо; поглощенный, занятый; преданный») = «посвятивший себя семье, дому».


(6) В этом отношении знаменательна также Шримала-сутра (Śrimālā-sūtra), поскольку в ней царица Шримала, вдохновлённая мудростью и могуществом Будды, произносит величественную проповедь, повествующую о Татхагата-гарбхе. [Таким образом,] о Махаяне можно сказать, что она явилась [своего рода] протестом мирян и мирянок против аскетического духа, получившего распространение среди ранних последователей буддизма.

(7) Сукхавативьюха-сутра1. По своему воздействию на людей Востока эта сутра значительно отличается от других сутр, поскольку именно она пробудила в их религиозном сознании аспект веры, уходящий своими корнями в общую философию Махаяны. Внешне вера в Будду Амитабху2 очень сходна с верой в Христа, однако основные идеи, [послужившие её основой,] ощутимо отличаются. [К примеру,] школа Йодо2 не могла бы возникнуть на какой-либо иной основе, отличной от буддизма Махаяны. В Японии эта боевая традиция достигла высочайшего совершенства, знаменуя собою целую духовную эпоху в истории восточных религиозных традиций.

1 Сукхавативьюха-сутра, Sukhāvatī-vyūha-sūtra — букв. sukhāvatī («земля блаженства» — земля будды Амитабхи) + vyūha («явление», а также — «описание») + sūtra («сутра, священный текст») = «Сутра о явлении [либо — описании] земли блаженства».
2 Амитабха, Amitābha (букв. «неизмеримое сияние») — имя одного из будд традиций Махаяны и Ваджраяны.
3 Йодо, яп. Jodo — букв. «путь посоха»: разновидность боевого искусства — умение использовать короткую трость против нападающего, вооружённого мечом.


(8) Паринирвана-сутра1. Некогда, на начальном этапе формирования китайского Буддизма она послужила основой [появления] школы Нирваны. Важнейшее из излагаемых в ней положений — природа Будды присутствует в каждом из нас. В Китае до распространения этой сутры верили, что существует разряд людей, именуемых [на санскрите] ишшанти2, не обладающих природой Будды, а потому для них навечно закрыт путь к просветлению. Однако вера в это полностью исчезла когда обратное утверждение было найдено в сутре, провозглашавшей, что «во всех существах есть нечто, являющееся истинным, реальным, вечным, самовластным и неизменным — его именуют “Я”, хотя оно совершенно отлично от того, что обычно понимают под этим философы. Это “Я” — Татхагата-гарбха, природа Будды, существующая в каждом из нас и обладающая такими добродетелями как постоянство, блаженство, свобода и чистота».

1 Паринирвана-сутра, parinirvāṇa-sūtra — букв. pari- («совсем, полностью») + nirvāṇa («выход из колеса перерождений») + sūtra («сутра, священный текст») = «Сутра об окончательном выходе из колеса перерождений».
2 Ишшанти, icchanti = «[те, что] хотят, хотящие»: от iṣ = («искать, стремиться к»).


(9) Все эти и другие сутры Махаяны, как может показаться, исчерпывают множественные аспекты [учения] этой ветви буддизма, но необходимо заметить, что простого [рассудочного] понимания для буддиста недостаточно и без самовыявления [природы Будды] все наши умозрительные представления ровно ничего не стоят. Тому, чтобы рассказать нам об этом, как раз и служит Ланкаватара-сутра, и основатель дзэн-буддизма Бодхидхарма, использовал этот текст весьма эффективно, поскольку именно благодаря ему возникла особая ветвь буддизма, известная под названием дзэн или чань, развившись [в дальнейшем] в Китае и Японии. И хотя дзэн, известный сегодня, во многом отличен от проповеданного Бодхидхармой около пятнадцати столетий назад, сам дух этого учения остался на Востоке неизменным. И его красноречивым воплощением является Ланкаватара-сутра. Здесь, однако, нет необходимости вдаваться в детальный анализ её содержания, поскольку именно этому целиком посвящена моя недавно изданная книга «Исследования Ланкаватара-сутры». Её достаточно для того, чтобы слегка прикоснуться к характерным особенностям этого священного текста, доставившего нам своё особое послание, отличное от тех, что содержатся в сутрах, упомянутых выше.

Нет никаких сомнений, что как по времени, так и по своим основам Ланкаватара тесно связана с «Пробуждением веры в Махаяну» (Махаянашраддхотпада), обычно приписываемым Ашвагхоше1. И хотя он, возможно, не был автором этого наиболее значимого из трактатов традиции Махаяны, существовал, безусловно, некий буддист, наделённый мощным творческим дарованием, кто, вдохновлённый тем же духом, каким пронизаны Ланкаватара, Аватамсака и Паринирвана и подобные им сутры, излил свои мысли в [тексте, получившем название] «Пробуждение веры в Махаяну». Некоторые ученые утверждают, что «Пробуждение» было создано в Китае, но эта точка зрения недостаточно обоснована.

1 Ашвагхоша или Асвагхоша (Aśhvaghoṣa) — индийский буддийский поэт, проповедник, драматург; годы рождения и смерти неизвестны, условно время жизни Ашвагхоши датируется пер. пол. I в. — II в. Ашвагхоша — один из виднейших представителей буддийской махаянской школы Мадхьямака или Шуньявада (см. прим. ниже); ему приписывается авторство более чем тридцати буддийских сочинений разного жанра, включая всемирно известную поэму «Буддачарита» или «Жизнь Будды» (переведена на русский К. Бальмонтом).


В какой-то мере «Пробуждение» является попыткой систематизации [изложенного в] Ланкаватаре, поскольку все основные идеи сутры нашли там своё последовательное развитие. Что касается теории, то и тот и другой текст преподносят существование Гарбхи как предельную реальность. Пока она пребывает в обычных людях, омрачённых злыми страстями, и не сияет всею своей естественной чистотой, мы не можем отрицать её существование в них. Когда же внешняя оболочка омрачений и загрязнений оказывается отброшена, все мы становимся Буддами и Татхагатами. Фактически, рождение Татхагаты не может произойти нигде, кроме как в этой Гарбхе.

С точки зрения психологии эта Лоно-Гарбха является Алая-виджняной, всесохраняющим умом-сознанием, в котором смешаны благое и неблагое, и задача йогина, то есть того, кто ищет истину посредством самосовершенствования, — отделить одно от другого. Почему Алая оказалась загрязненной злыми мыслями и желаниями? Что есть зло? Как оно приходит в этот мир? Как познаётся истина? Ответ на все эти вопросы даётся, как уже говорилось выше, введением системы виджнян и принятием учения о различении (vikalpa).

В этом Ланкаватара сближается с учением школы Йогачара. Йогачара куда более психологична по сравнению с Мадхьямакой1, являющейся в этом отношении [преимущественно] эпистемологической, [т. е. занимающейся по большей части вопросами теории познания]. Однако Алая-виджняна Йогачары отличается от Алаи, представленной в Ланкаватаре и «Пробуждении веры». У йогачаринов Алая как таковая признаётся [неизменно] чистой и не допускающей никаких загрязнений, тогда как в Ланкаватаре и «Пробуждении» она объявляется истоком как чистоты, так и загрязнений. Кроме того, последователи Йогачары следуют теории Виджняптиматры2, а не Читтаматры2, которой придерживаются авторы Ланкаватары, Аватамсаки и «Пробуждения веры». Различие состоит в следующем: согласно Виджняптиматре мир является лишь совокупностью идей, за которыми нет ничего реального, тогда как Читтаматра заявляет, что существует лишь читта, т. е. — ум-сознание, и, [соответственно,] мир представляет собою проявление ума. Первое — чистый идеализм, второе — идеалистический реализм.

1 Мадхьямака (madhyamaka) — от madhya («средний, срединный»), второе название этой буддийской школы, основанной Нагарджуной (см. прим. к след. абзацу), — Шуньявада, от śūnya — «пустое, пустотное». [Назад к прим. Ашвагхоша.] .
2 Виджняптиматра (vijñaptimātra) — букв. vijñapti («двойственное понимание или различение») + mātra («ничего, кроме; только») = «только различение». Здесь в качестве фактора «порождающего» объектный мир рассматривается исключительно различение, т. е., в отличие от Читтаматры (см. следующее прим.), — определённая функция ума, а не ум как таковой.
3 Читтаматра (cittamātra) — букв. citta («ум, сознание») + mātra («ничего кроме; только») = «только ум».

Выявление Читтаматры является предметом обсуждения в Ланкаватаре, а достигается оно избавлением от Различения, то есть тогда, когда состояние не-различения оказывается достигнутым в духовной жизни. Различение — понятие логическое, являющееся продуктом рассудка. Таким образом, очевидно, что в итоге религиозного совершенствования следует выйти за пределы рассудочного, поскольку различение или разделение является функцией рассудка/интеллекта. Логика не ведёт к самовыявлению [т. е. — к выявлению изначально чистой Буддо-природы]. Отсюда — «дотошная» диалектика Нагарджуны1. Его задачей было доказать неэффективность применения логики в сфере духовной жизни. И в этом Ланкаватара объединяется с Мадхьямакой. Учение о Пустоте — воистину основа философии Махаяны. Но оно не должно постигаться посредством аналитических рассуждений. Концепция Ланкаватары является совершенно определённой, и на этот счёт не следует заблуждаться.

1 Нагарджуна (Nāgārjuna, букв. «нага победивший»; ок. 2 в. н. э.), индийский философ, основатель буддийской школы Мадхьямака, один из учителей традиции Махаяна. Для Нагарджуны было характерно не столько изложение собственного концепта буддийского учения, сколько радикальная критика концепций уже существующих — посредством своеобразного диалектического метода демонстрации абсурдности их логических построений. Подробнее о Нагарджуне — здесь.

До сих пор Ланкаватара представала нам просто философским трактатом, не содержащим ничего религиозного, но по своей сути эта сутра вся пронизана глубоко религиозными чувствами. Например, бодхисаттва не вступит в Нирвану в силу принятых им обетов по спасению всех чувствующих существ, и эти его обеты не ограничены временем и пространством, отчего их называют «неистощимыми». Мало того, что его обеты неистощимы, но и «искусные средства», используемые им для освобождения всех существ, не знают никаких пределов. Он знает, как лучше всего использовать свои неистощимые ресурсы — разумно и практично — для достижения этой единственной цели. И мы можем утверждать, что сказанное обо всём этом в Ланкаватаре в полной мере соотносится с бодхисаттвой Самантабхандрой из Аватамсаки или Гандавьюхи.

В Ланкаватаре все наиболее важные положения Махаяны наши своё запечатление без какого либо вмешательства со стороны компилятора (или компиляторов) во имя их систематизации. Вдумчивому читателю доверяется самому выбрать эти идеи и суждения из общей смеси и нанизать их в жемчужную гирлянду, исходя из собственного духовного опыта.

Но есть одно важное положение Махаяны, явно не затронутое в сутре, — о Паринамане (pariṇāmana). Паринамана означает передачу [или посвящение] собственной заслуги кому-либо другому для ускорения достижения им Нирваны. Если кто-либо свершает некое благое деяние, его заслуга непременно «запишется» лично ему — так гласит учение о Карме. Однако согласно Махаяне приобретателем заслуги не обязательно должен быть сам свершивший благое деяние, но — любой и даже — целый мир. Заслуга же, имеющая всеобщий/всемирный характер, может быть посвящена чему-либо по желанию благодеяющего. Такое посвящение заслуг известно как учение о Паринамане, т. е. о передаче благого свершения кому-то другому. Эта идея основывается на философском учении о Взаимопроникновении, изложенном в Аватамсаке.

IV

Датировка Ланкаватары

Как это имеет место и с другими буддийскими текстами, на уровне имеющихся у нас сейчас сведений об истории Индии представляется совершенно невозможным установить «возраст» Ланкаватары. Единственное, что можно утверждать с достаточной уверенностью, это что она была составлена до 443 в. н. э., когда был выполнен, как сообщается в летописях, первый китайский перевод. Но это не означает, что весь текст сутры, каким мы знаем его сейчас, существовал уже тогда, поскольку известно, что в более поздних переводах, относящихся к 513 и 700-704 годам, содержатся разделы Дхарани и Сагатхакам, отсутствующие в версии 443 года (династия Сун). Кроме того, глава, посвящённая мясоедению, также подверглась определённым изменениям, особенно в версии 513 года (династия Вэй).

Но даже в отношении текста, существовавшего до 443 г., мы не знаем, как он развивался, поскольку создавался он, безусловно, не как законченная часть некоего [масштабного] произведения, как пишутся книги сейчас. Некоторые его части должны быть старше других, поскольку нет никаких сомнений в том, что сутра содержит множество периодов, добавленных [в разное время].

В известной степени ключом к установлению времени создания текста может служить его содержание, однако, в силу сложности отделения одной части Ланкаватары от другой с точки зрения [подобного] критического анализа текста, достоверность определения времени возникновения сутры на основе её содержания оказывается крайне сомнительной. [До тех пор,] пока мы не располагаем какими-либо фактографическими сведениями, касающимися исторических обстоятельств, при которых один за другим в Индии или где-то ещё возникали буддийские тексты, все наши утверждения [на этот счёт] будут носить характер более или менее изобретательных предположений. [Потому] всё, что мы можем сказать, это что Ланкаватара не является [записью] беседы, проведенной самим основателем буддизма, и по времени создания это сложное произведение является более поздним, чем Никаи1 или Агамы2, которые также создавались спустя некоторое время после [ухода] Будды, а кроме того — что, когда идеи Махаяны стали оформляться в северной, а равно и в южной частях Индии (вероятно, в начале нашей эры или ещё раньше), компилятор (или компиляторы) начали собирать тексты и отрывки из текстов, с которыми ему (или им) пришлось иметь дело в ходе изучения Махаяны, что в итоге оформилось в виде буддийского текста, ныне известного под названием Ланкаватара-сутра.

1 Никаи — множ. ч. от nikāya («собрание»). Речь идёт о корпусе буддийских текстов, состоящем из пяти частей-никай и входящем в т. н. Типитаку или Палийский канон — полный свод священных текстов буддизма, записанный, как полагают, в 1-м в. до н. э.
2 Агамы, множ. ч. от āgama (букв. «получение; чтение, изучение», а также «переданное и запечатлённое»): свод буддийских текстов, объединённых в Агама-сутру.


Несколько замечаний относительно собственно текста

В этой связи необходимо отметить определённые несоответствия в заключительных строках глав сутры. Обычно такие окончания свидетельствуют о том, что эти главы являются составными частями некой сутры и принадлежат ей, но в случае с Ланкаватарой некоторые окончания носят вполне самостоятельный характер, и их отношение к тексту сутры никак не определено.

Примеры [таких окончаний]:

Глава I — «Глава первая, известная как “Вопрошание Раваны”»;

Глава II — «Здесь завершается вторая глава, известная как “Собрание всех Дхарм в 36 000 (шлок1) Ланкаватары”»;
1 Шлока, śloka — основной эпический размер, состоящий из двух полустиший, каждое из которых делится цезурой на две части: сто'пы или пады.

Глава III — «Здесь завершается третья глава “Непостоянство” Ланкаватары, махаянской сутры»;

Глава IV — «Здесь завершается четвёртая глава “Выявление”»;

Глава V — «Здесь завершается пятая глава “Постоянство и изменчивость Татхагаты”;

Глава VI — «Здесь завершается шестая глава “Моментальность”»;

Глава VII — «Здесь завершается седьмая глава “Бессамостность”»;

Глава VIII — «Здесь завершается восьмая глава “О мясоедении” из Ланкаватары, являющейся средоточием всех наставлений Будды»;

Глава IX — «Здесь завершается девятая глава, известная как “Дхарани” в Ланкаватаре».

Эти несоответствия в окончаниях глав свидетельствуют, по меньшей мере — в одном случае, что существовала более объёмная [версия] Ланкаватары, содержащая 36 000 шлок1, как упоминается в примечаниях Фа-цзана2, а в другом — что Ланкаватара был также известна под названием (либо содержала в себе главу) «Средоточие учения Будды», что действительно служит своего рода подзаголовком, данным китайской четырёхтомной Ланкаватаре Гунабхадрой3 (династия Сун), 443 н. э.

1 Согласно предположению м-ра Хокея Идзуми (Hokei Idzumi). — Прим Д. Судзуки.
2 См. в моих «Исследованиях Ланкаватара-сутры». — Прим Д. Судзуки.
  Фа-цзан (643–714) — основатель буддийской школы Хуаянь (кит. Хуаянь-цзин = Аватамсака-сутра или «Сутра цветочной гирлянды»). В молодости Фа-цзан активно участвовал в работе по переводу китайских сутр, но позднее отошёл от этого и основал собственную школу.
3 Гунабхадра, Guṇabhadra — индийский буддист, прибывший в 420-м году в Китай и переведший на китайский Шрималадэви симханада сутру ( «Сутра львиного рыка царицы Шрималы»).


Раздел гатх1, носящий название Сагатхакам представляет особые трудности. Поскольку наиболее ранний из китайских переводов (Гунабхадры) не содержит этого раздела, вполне вероятно, что в то время он ещё не был включён в текст Ланкаватары. При этом тот факт, что и версия времён династии Вэй и санскритское издание сутры содержат не только стихи, относящиеся, как и следует, к Сагатхакам, но и те, что уже появляются в прозаическом разделе2, свидетельствует о существовании более объёмного или более полного текста Ланкаватары, в котором все стихи Сагатхакам были включены в прозаический раздел, в силу чего сутра, вероятно, была намного полнее, чем известная сейчас и, возможно, содержала те самые 36 000 шлок.

Многие из стихотворений Сагатхакам слишком неясны, чтобы истолковывать их, не прибегая к соответствующим периодам прозы. В общем случае стихи предназначаются для запоминания основных положений учения и иногда не несут никакого смысла, будучи рассматриваемы отдельно, поскольку некоторые словесные периоды ритмично организованы лишь для того, чтобы упростить их запоминание

1 Гатха, gātha — букв. «песня, стихотворение».
2 Они методично исключались во времена династии Тан. — Прим. Д. Судзуки.


Санскритский текст Сагатхакам начинается таким стихотворением:

«Внемли же дивному учению Махаяны,

Провозглашённому в сей Ланкаватара-сутре,

Запечатлённому в стихах-жемчужинах

И разрушающему тенёта философских воззрений».

Это можно истолковать так, что этот раздел является частью Ланкаватары, составленной в стихах, то есть состоящей из стихов, собранных по всему тексту сутры. Предполагает это и само слово сагатхакам, означающее «собрание гатх». Но в таком случае возникают следующие вопросы:

Если существовала более полная версия Ланкаватары, содержащая все эти стихи в Сагатхакам в теле текста, или если существовала Ланкаватара в виде отдельного текста, состоящего только из стихов, который позже был соединён с известным сейчас, можно ли все эти стихи расценивать как относящиеся к одному и тому же периоду?

Если это так, то чем вызвано исчезновение прозаических фрагментов, сопровождавших эти стихи, сохранившиеся ныне лишь в Сагатхакам? Можно ли [при этом] исключить вероятность того, что некоторые из стихов были добавлены в текст позднее?

Некоторые свидетельства в пользу таких дополнений у нас имеются, в чём можно убедиться, на примере концепций самбхогакаи или тела блаженства (стих 384) и девятой виджняны (стих 13), являющихся, без сомнения, более поздними добавлениями. Ответы на эти и некоторые другие возможные вопросы придётся оставить до будущих времён, когда будут установлены все обстоятельства, приведшие к появлению сутр Махаяна и Хинаяны1 в различных районах Индии.

1 Хинаяна, hīnayāna — букв. «малая колесница».


Лучшим способом знакомства с Ланкаватарой, как я уже рекомендовал в «Исследованиях Ланкаватары», будет разбить весь текст сутры на множество фрагментов1, насколько это позволяет смысл, и рассматривать каждый такой фрагмент как законченное выражение одной из важных мыслей философии буддизма Махаяны.

В некоторых случаях части, разбитые таким образом, могут казаться противоречащими друг другу. В таких случаях принцип, гармонично объединяющий подобные противоречивые положения, может быть найден где-нибудь в ином месте сутры.

Поскольку, в конечном счёте, в Ланкаватаре существует лишь одна высшая истина, относительно которой все другие являются её множественными частными аспектами, рассматриваемыми под различными углами зрения.

1 Такая разбивка представлена в предложенном здесь переводе римскими цифрами, расставленными по всему тексту сутры, кроме «Вопрошаний Раваны», «Дхарани» и главы «О мясоедении», где в подобной разбивке нет никакой необходимости. — Прим. Д. Судзуки.


Я думал, что удастся так же поступить и с Сагатхакам, разделив весь этот раздел на множественные подборки стихов, каждая из которых будет предположительно посвящена одной теме. Но эти стихи, являющиеся очень краткими и зачастую просто мнемоническими, оказалось слишком рискованным объединять в группы и рассматривать затем эти подборки как содержащие множество определенных мыслей. Как заметно в случаях повторов, достаточно часто встречающихся в Сагатхакам, стихи не жёстко привязаны к тексту, то есть, они не всегда расположены в Сагатхакам в том же порядке, в каком следуют в соответствующем им тексте, и при этом — не закончены.

Иногда одно-единственное стихотворение вынуто из группы, в которой оно стоит в основном тексте, и вставлено в неожиданный контекст. При этих обстоятельствах я решил, что разумнее всего будет оставить Сагатхакам как он есть, не организовывая стихи в подборки, пока не узнаем более подробно об исторической эволюции этого раздела Ланкаватары.

Фактически, Сагатхакам представляет собою странную смесь, где вещи вообще не упоминающиеся в прозаическом разделе соседствуют с не имеющими, на мой взгляд, никакого отношения к Ланкаватаре. К примеру — исторические повествования о Вьясе1, Катьяяне2, Нагахвае3 и т. п., а также периоды, касающиеся монастырской жизни. Кроме того, в Сагатхакам есть фрагменты, выглядящие как более поздние дополнения. Например, когда заходит речь о восьми или девяти виджнянах (стих 13), двух разновидностях Алаи (ст. 59), тройном теле (ст. 434), тридцати шести Буддах (ст. 380) и т. п., это, безусловно, является более поздними добавлениями. Сагатхакам требует серьёзных масштабных исследований и в отношении критического анализа текста, и касательно истории идей, литературы и монастырской жизни.

1 Вьяса, Vyāsa (букв. «разделитель [изначально единой Веды]» — легендарный автор священных индуистских текстов («Махабахраты» и Пуран), создатель философии Веданты.
2 Катьяяна, Kātyāyana — один из любимейших учеников Будды, выдающийся теоретик буддизма.
3 Нагахвая, Nāgahvaya (букв. «нагами позванный») — один из легендарных учеников Нагарджуны.


История передачи Ланкаватары

В книге, носящей название 楞伽師資記 («Записи мастера и ученика о [передаче] Ланкаватары»1), являющейся одним из текстов, найдённых в Дунь-хуане (Tung-huang), описана линия передачи Ланкаватары. Автор Цзин-цзюэ (淨覺), живший, вероятно, в начале восьмого столетия, очевидно, отождествлял [чань/]дзэн-буддизм с учением Ланкаватары, поскольку названные им патриархи линии передачи Ланкаватары те же, что и [чань/]дзэн-буддизма. И в качестве первого Патриарха дзэн в Китае он рассматривает Гунабхадру, переводчика четырёхтомной Ланкаватары времён династии Сун, а не Бодхидхарму, как это [традиционно] принято у историков Дзэн.

В этом автор, может быть, прав, поскольку в его время ещё не существовало отдельной школы, позже получившей наименование [«чань» или] «дзэн», и то, что представляло [собою] это течение в те времена, было не более чем учением, [изложенным в] Ланкаватаре. Кроме того, Цзин-цзюэ принадлежал к школе Сюань-цзэ (玄賾) и Шэнь-сю2 (神秀), придерживавшихся Ланкаватары в отличие от противостоящего им последователя Ваджраччхедики Хуйнэна (慧能).

Эта книга — один из самых ценных документов для исследователей истории [чань/]дзэн-буддизма в Китае3. Она содержит массу информации о Патриархах этой [традиции], высказывания и учение которых были до сих пор совершенно неизвестны.

1 «Записи Мастера и Ученика о [передаче] Ланкаватары» (кит. Лэнце ши цзы цзи) — даётся буквальный перевод названия текста согласно английскому тексту Судзуки. Но с китайского это же название переводится и как «Записи, собранные учителем [согласно Учению] Ланкаватара-сутры».

2 Шэнь-сю (605-706) — буддийский монах, основатель северной ветви чань-буддизма. Состоял помощником настоятеля в монастыре, возглавляемом Хунжэнем, пятым патриархом школы чань. Согласно преданию, для того, чтобы выбрать преемника, Хунжэнь предложил каждому из монахов монастыря составить гатху (краткое стихотворение) о сути Учения, в результате чего лучшей признал гатху Хуйнэна, написавшего о возможности мгновенного просветления, в отличие от Шэнь-сю, всегда отстаивавшего идею просветления постепенного. После смерти настоятеля Шэнь-сю покинул этот монастырь и отправился в другой, расположенный в горах Данъяншань, где проповедовал своё учение, основав ещё одну ветвь чань.

3 Эта книга была совсем недавно издана Кин Кьюкэем (Kin Kyūkei), библиотекарем Пекинского Университета, а также — в Пекине. Помогли ему в этом профессор Ху Си (Hu Hsi), располагавший фотокопиями оригинальных манускриптов («Записей Мастера и Ученика о [передаче] Ланкаватары» (楞伽師資記), хранящихся в Британском Музее и в Национальной библиотеке Франции. Фототипическая версия лондонского манускрипта, не столь полного как парижский, хотя и более разборчивого, была издана японским профессором Кейки Ябуки (Keiki Yabuki) в его собрании дуньхуаньских (Tun-huang) манускриптов, названном «Эхо Пустыни» (嗚沙餘韻), 1930. — Прим. Д. Судзуки.


Существует и другой не менее ценный текст, излагающий историю дзэн-буддизма. Он также был обнаружен в дуньхуаньской пещере. Его название — «Записи о [линии] передачи Сокровища дхармы» (代法寶記), а создан он был, видимо, для опровержения положений «Записей мастера и ученика...», поскольку в нём утверждается, что первым проповедником Ланкаватары как Сокровища дхармы был Бодхидхарма, а не Гунабхадра, якобы бывший простым переводчиком, а вовсе не первооткрывателем сокровенного значения сутры, а потому и история китайского дзэн-буддизма, являющегося «Сокровищем дхармы», должна начинаться именно с Бодхидхармы. Автор этого текста принадлежал, видимо, к школе Хуйнэна.

Открытие двух этих важнейших исторических трудов, повествующих об истории Дзэн, вместе с Шэнь-(ненормативная лексика) юйлу (神會語綠)1, изданными в 1930 г. профессором пекинского университета Ху Ши (胡適) с обстоятельными критическими комментариями, ощутимо проясняет ранние моменты истории дзэн в Китае. [Но] поскольку более детальное рассмотрение этого предмета не имеет непосредственного отношения к теме настоящего Введения, я оставлю его для второго выпуска моих «Очерков о дзэн-буддизме».

1 Шэнь-(ненормативная лексика) юйлу — «Записи бесед [наставника] Шэнь-хуя».


Об этом английском переводе

Что касается этого английского перевода сутры, после длительных колебаний я решил представить его широкому читателю со всеми присущими ему недостатками.

Это достаточно дерзкая попытка со стороны переводчика — попробовать передать одни из глубочайших мыслей, рождённые на Востоке, на языке, для него неродном.

Но суть её в том, что, если кем-либо не будет сделана первая попытка, пусть наивная и несовершенная, драгоценные камни [из сокровищницы Ланкаватары] могут остаться погребёнными для всех, кроме нескольких учёных, дольше, чем необходимо. А затем всё пойдёт своим чередом. Как показывает длинная история китайских переводов буддийских текстов, должно быть сделано несколько попыток, прежде чем работа обретёт определённую завершённость. На настоящий момент известно три китайских и одна тибетская версия Ланкаватары, и в сравнении с третьим переводом первые два носят явные следы несовершенства.

Несложно понять те трудности, с которыми пришлось столкнуться китайским ученым в ходе работы над этими переводами. Но версия переводчика времён династии Тан, возможно, не была бы столь совершенна, не будь у него двух или трёх предшественников.

Я старался, насколько мог, сделать перевод как можно более доступным для широкого читателя. Сделай я его чересчур буквальным, он был бы куда менее понятным. Санскрит очень многозначен. [При этом в тексте] существует множество неясных периодов, которые мне не удалось перевести так, чтобы перевод полностью удовлетворил бы меня самого.

Эти «тёмные места» встречаются преимущественно в Сагатхакам, поскольку стихи предполагают достаточно глубокое знание материала, в них содержащегося, а это знание подразумевает глубину научной и интеллектуальной проницательности, ощутимо превосходящую доступную в настоящее время нынешнему переводчику. [Кроме того,] Сагатхакам никогда не сопровождался какими-либо китайскими комментариями, что само по себе создало дополнительную трудность в процессе его перевода. Китайские и японские ученые выбирали — вероятно, из соображений краткости — для своих исследований четырёхтомный текст Гунабхадры, и таким образом Сагатхакам неизбежно оказывался вне поля их внимания.

Санскритский текст сутры в том виде, которым мы располагаем, далёк от совершенства, и нет сомнения, что издание Нандзё нуждается во многих исправлениях, чтобы привести его к более читабельному виду. Однако какими бы недостатками это издание ни обладало, мы должны быть благодарны редактору, сделавшему его куда более доступным для широкого читателя, чем когда-либо прежде.

Я не всегда следовал за Нандзё в прочтении текста, руководствуясь собственными соображениями в тех случаях, когда полагал, что тем самым добиваюсь большей смысловой ясности. В разбивке на абзацы я также зачастую пренебрегал подходом Нандзё. Как я уже писал в своих «Исследованиях Ланкаватары», текст сутры является в высшей степени неупорядоченным и в нём присутствуют периоды, ошибочно помещённые в местах, к которым они не относятся.

Версия времён династии Тан в этом отношении представляет в целом более совершенное изложение Ланкаватары. Хотя первая редакция перевода была подготовлена Шикшанандой, последние штрихи в ней наносились Фа-цзаном, великим последователем философии Аватамсака-сутры, во многом очень близкой Ланкаватаре. Когда в ходе перевода санскритского текста на английский мне приходилось сталкиваться с трудностями, я зачастую следовал прочтению, предложенному в танской версии, хотя такое случалось не часто.

4

Глава первая
ВОПРОСЫ РАВАНЫ



(1)1 Ом! Приветствие Трём Драгоценностям2! Приветствие всем буддам и сопровождающим их бодхисаттвам!
Вот тщательно записанная Ланкаватара сутра, в коей Властелин Дхармы наставляет о бессамостности дхарм3.

1 Разбивка глав на разделы, а равно — их заглавия, отсутствуют в санскритском тексте Ланкаватары.

В любом переводе то и другое носит лишь вспомогательный характер и имеет целью облегчить читателю ориентацию в протяжённых и многотематических по своему составу главах сутры.

Выделенная жирным арабская нумерация в круглых скобках соответствует номерам страниц исходного санскритского текста, подготовленного Бунъю Нандзё (Bunyu Nanjo) и опубликованного изд-вом Otani University Press в 1923 г. — Здесь и далее все примечания без указания авторства принадлежат переводчику.

В тексте перевода примечания к санскритским терминам и понятиям даются лишь однократно: при первом их упоминании. Однако для удобства чтения сутры имеется Глоссарий.

2 Три Драгоценности — Будда, Дхарма и Сангха, т. е. Пробуждённый/Просветлённый, Закон/Учение Будды и, в широком смысле, сообщество всех, следующих Учению Будды.

3 Дхарма (от дхри = «держать, поддерживать») — одно из базовых и очень ёмких/многозначных понятий индийской философии: «нечто незыблемое», «нерушимый закон», «долг», «справедливость», «предписанный образ жизни», «добродетель», «истина», «учение», «природа», «сущность», «вещь»...

В контексте Ланкаватары под дхармами в большинстве случаев подразумеваются предметы/объекты (точнее — мимолётные частицы потока мышления/воображения), в отличие от личности/субъекта. Однако, если контекстом под этим термином подразумевается учение Будды, используется написание этого слова с заглавной буквы: Дхарма.


Так я слышал.

Однажды Благодатный1 предстал собранию на Ланке2 посреди великого океана на вершине горы Малайя, украшенной разного рода драгоценными каменьями и цветами. Великое множество бхикшу3 собралось там, а также — бодхисаттв, прибывших из разных земель Будды4 вместе с бодхисаттвой Махамати, бодхисаттв-махасаттв5, безупречно овладевших6 множеством различных самадхи7, самообладанием8, особыми силами9 и беспредельным осознанием10, удостоенных помазания и посвящения руками всех будд, uв совершенстве осознавших воспринимаемый мир как проявление собственного ума[/u], (2) познавших, как применять всевозможные средства, учения и наставнические методы согласно различным складам ума и типам поведения разных существ, а также исчерпывающе сведущих в пяти дхармах11, трёх свабхавах12, шести виджнянах13 и достигших бессамостности и не-двойственности.

1 Благодатный (бхагаван) — один из эпитетов пробуждённых и, в частности, Будды Шакьямуни.

2 Ланка — название города и острова, известных в индуистской мифологии как принадлежавшие некогда верховному ракшасу Раване.

3 Бхикшу (от бхикш = «просить, получать») — бродячий нищенствующий монах или отшельник.

4 Земли Будды или будда-земли — подробнее о них см. в «Вималакирти нирдеша сутре», гл. 1.

5 Бодхисаттва = бодхи («[устремлённое к] пробуждению») + саттва («существо»), или — просто «пробуждённое существо»; махасаттва = «великое существо», «постигшее великую истину существо». При этом, в отличие от просто бодхисаттвы, под бодхисаттвой-махасаттвой может пониматься существо, отказавшееся от перехода в окончательную нирвану вплоть до момента, когда будут спасены от страданий все чувствующие существа.

6 Безупречно овладели, букв. — викридита = «играли», т. е. «с легкостью распоряжались».

7 Самадхи = сама («соединение вместе, слияние») + дхи («удерживать») = «отождествление с объектом созерцания/сосредоточения» — особое состояние сознания, достигаемое в итоге йогических практик сосредоточения.

8 Самообладание-ващита (или вашита) = «подчинение», но и — «сверхъестественная способность подчинять всё собственной воле», таково традиционное внеконфессиональное понимание этого термина. Однако встречается упоминание, что бодхисаттвам присущи 10 ващит:
(1) аюр (жизненная сила);
(2) читта (сила мысли);
(3) паришкара (самообладание);
(4) дхарма (непогрешимое следование истине);
(5) риддхи (магические способности);
(6) джанма (возможность выбирать облик при следующем рождении);
(7) адхимукти (открытость, предельная беспристрастность);
(8) пранидхана (посвящение себя спасению всех существ);
(9) карма ([независимость от] закона причин и следствий);
(10) джана (возможность выбирать место рождения).

9 Особые силы (бала), которыми обладает Будда. Это силы (иначе говоря — особые умения) знать:
[1] что правильно и неправильно;
[2] последствия той или иной кармы;
[3] о том, что желают живые существа и в чем они находят удовлетворение;
[4] истинную сущность всех вещей и явлений;
[5] уровень способностей того или иного существа;
[6] конечный результат всех деяний;
[7] всевозможные способы сосредоточения;
[8] прежние перерождения, а также «силы» (способности);
[9] постигать всё благодаря сверхъестественному ви'дению и
[10] быть непогрешимым. («Сутра о Цветке Лотоса Чудесной Дхармы» ).

10 Беспредельное осознание (абхи-джня) = «сверх-, превосходный» + «осознание» = «беспредельное осознание» или особые способности будды, в частности: (1) принимать любую форму, (2) слышать на любом расстоянии, (3) видеть на любом расстоянии; (4) проникать в мысли человека, (5) знание прошлого и настоящего любого человека.

11 Пять дхарм — 1) проявления, 2) имени, 3) различения, 4) правильного знания и 5) истинной реальности.

12 Сва-бхава = «свой, собственный» + «бытие, сущность» — «самосущее бытие» или «самобытие», переводится также как «самосущая природа». Под тремя свабхами/свабхавами понимаются три «природы вещей»: «воображаемая» (парикальпита-свабхава), «зависимая» (паратантра-свабхава) и «совершенная» (паринишпанна-свабхава).

13 Ви-джняна — «раз» + «знание, сознание» = «различающее сознание». Под шестью виджнянами в Ланкаватаре понимаются шесть разновидностей или элементов единой виджняны, образующих ту или иную личность. Это виджняны:
1) зрения;
2) слуха;
3) обоняния;
4) вкуса;
5) осязания;
6) ума.


Таким образом, Благодатный, от встречи во дворце царя морских нагов1, продолжавшейся в течение семи дней, освободившийся2 и многими, в том числе Шакрой3 и Брахмой4, а также сонмом непорочных нагинь, вышедших его приветствовать, сопровождаемый, восшёл на ланкийскую гору Малайя и, взирая вниз, улыбнулся и молвил:

— Некогда у Татхагат5 прошлого, являющихся архатами6 и совершеннопробуждёнными, это же было темой бесед здесь, на острове Ланка на горной вершине Малайя, — внутреннее благородное знание7, недоступное8 рассудочному знанию тиртхьев9, а равно и несовершенному осознанию шраваков10 и пратьекабудд11.

Ныне я вновь, теперь уже для блага Раваны12, повелителя якшей12, дам наставления об этой Истине.

1 Наги, в индуизме — змееподобные полубожественные существа, мудрецы и маги, способные оживлять мёртвых и менять облик (в человеческом виде живут среди людей); к буддизму наги благосклонны, более того, согласно одному из преданий сам Шакьямуни, ещё не будучи Буддой, неоднократно воплощался в облике нага.

2 После семи дней освободился... — существует джатака, обстоятельно повествующая о пребывании Бодхисаттвы (т.е. будущего Будды) во дворце царя морских нагов: («Цинпа-Ценпо, или Великий Милостынедатель, ходивший за море»).

3 Шакра (букв. «сильный, могучий») — эпитет многих индуистских богов, в особенности — Индры.

4 Брахма, в индуизме/брахманизме — высший, наиболее абстрактный из богов, творец мира, произведший его из себя; в буддизме — смертный повелитель одного из множества миров (сатьялоки или «мира истины»).

5 Татха-гата («так, таковость» + «достигший») — достигший Таковости или — ясного ви'дения вещей/дхарм такими, как они есть; один из эпитетов достигших Полного Освобождения. Кроме того, традиционно этот эпитет принято переводить как «Так пришедший, Так ушедший».

6 Архат, архант (букв. «достойный, удостоенный; славный»), в буддизме — «достигший нирваны»: один из эпитетов будд.

7 Благородное знание (арья-джняна) — одна из важнейших категорий буддизма, синоним арья-праджня.

8 В санскритском тексте — безусловная ошибка: здесь должна присутствовать частица отрицания, имеющая место в китайских переводах. — Прим. Д. Судзуки.

9 Тиртхьи, тиртхи или тиртха-кары («путь, переход на другой берег» + «творящий, пролагающий...»), в индуизме — «святой, аскет», в джайнизме так и по сей день называют основателей учения, в буддизме — именование неистинных наставников, а также приверженцев иных учений/воззрений.

10 Шравака/щравака, букв. «слушающий, слушатель», также — «ученик».

11 Пратьека-будда («отдельный, независимый» + «будда, пробуждённый») = «независимо пробуждённый», т. е. достигший пробуждения самостоятельно, без поддержки будд.

12 Равана («ревун, ревущий»), в индуизме — мифический десятиглавый правитель острова Ланка, разоряющий земли и похищающий женщин. Согласно древнеиндийскому эпосу «Рамаяна» (II-III в. до н. э.) Равана 10 тысяч лет предавался подвижничеству, за что был награждён Брахмой даром неуязвимости ото всех существ, кроме людей, благодаря чему обрёл власть над «тройным миром», включая миры богов и демонов...

13 Якши/якшасы (букв. «страж, хранитель»), в индуизме — полубожественные существа из свиты бога богатства Куберы, враждующие с ракшасами, но благопожелательные к людям; в буддизме — класс полубожеств.


По благоволению Татхагаты услышал его Равана, Повелитель ракшасов1. Действительно, Благодатный, окружённый несметным сонмом непорочных нагинь, средь коих были Шакра и Брахма, вышел из дворца царя морских нагов и, глядя на волны земного океана, прозревал океан Алая-виджняны с волнами развивающихся виджнян, вздымаемыми ветрами чувственного восприятия в умах собравшихся. В то время как он стоял там, Равана возгласил:

— Пойду и настойчиво приглашу Благодатного посетить Ланку. Возможно, он воспользуется этой долгой ночью2, дабы свершить благое деяние и облагодетельствовать(3) богов и людей.

1 Ракши/ракшасы — демонические существа, основным местом обитания которых полагали именно остров Ланка.

2 ... этой долгой ночью — видимо, речь идёт о периоде, связанном с т. н. Кали-югой: «периодом сумерек мира и упадка Истины-Дхармы». (О югах см. также примечание ниже.)


Вслед за этим повелитель ракшасов Равана, едущий вместе со своими слугами в украшенной цветами вимане1, воспарил на ней к Благодатному.

Приблизившись к нему, Равана и его слуги вышли из виманы. Трижды обходя Благодатного слева направо2, они играли на турьях и тадавачарах3, извлекая звуки жезлом, изготовленным из наилучшего сапфира, и на винах4, инкрустированных бериллами и кораллами и подвешенных на лентах из драгоценной ткани, желтовато-белой как приянгу5, и пели с различными нотами, такими как сахаршья, ршабха, гандхара, дхайвата, нишада, мадхьяма и кайшика6, мелодично организованными в грама, мурчана7 и им подобные гармонические строи, а голоса их, сопровождаемые винами, неизменно сплетались с метром гатха8.

1 Вимáна — речь идёт о самодвижущейся воздушной колеснице, дарованной Брахмой Кубере, удостоенному при этом и статуса хранителя всех подземных сокровищ, а также — одной из частей света (севера).

Согласно «Рамаяне», первоначально Кубера был и владыкой острова Ланка, однако позднее он был изгнан оттуда своим сводным братом, демоном Раваной, завладевшим заодно и виманой. (Подробнее о виманах см. здесь.)

2 Трижды обходя слева направо... — принятый ещё в индуизме ритуальный почтительный обход.

3 Турья и тадавачара — древние индийские музыкальные инструменты.

4 Ви'на — индийская лютня.

5 Приянгу — обычно под этим названием понимается род проса, но иногда и длинный перец, горчица, шафран и т. п.

6 Перечисляются названия основных нот индийского ноторяда.

7 Грама, мурчана — ритмико-мелодические строи древнеиндийской музыки.

8 Гатха — стихотворный размер, стихотворная форма, но и песня, и священное песнопение, а также — духовное стихотворение.


1. «Дхарма-закон, основа коей — самосущая природа ума,

бессамостна, непостижима посредством суждений, ибо не подвержена загрязнениям.

[О,] Повелитель1, поведай нам ныне учение о Дхарме,

путь указующее к внутреннему выявлению.

1 Повелитель (наяка = букв. «правитель, повелитель»), один из эпитетов Будды.


2. Сугата1 — тот, кто вмещает в себе сиятельную Дхарму,

являющий единство преображения и преображающего

и обладающий Дхармой, постигаемой внутренним выявлением.

Для посещения Ланки, Муни2, ныне — самое время!

1 Су-гата (букв. «благо-ушедший» или «блага достигший»), один из эпитетов Будды.
2 Муни (букв. «святой, монах, отшельник») — эпитет Будды.


(4) 3. Здесь, на Ланке, бывали и Победители1 прошлых времён

и сыновья их, способные принимать множество форм.

Покровитель, яви же ныне высшую Дхарму,

и якши, имеющие множество форм, услышат тебя».

1 Победитель (джина) — эпитет Будды.


Вслед за этим Равана, правитель Ланки, воспел, следуя метру тотака1, такие гатхи:

4. — После семи ночей Благодатный, из океана, прибежища макары1,

из дворца морского царя выйдя, ныне на бреге стоит.

1 Тотака — стихотворный метр.
2 Макара — морское чудовище, сочетающее черты крокодила, акулы, дельфина, а иногда — слона, антилопы и т.п.


5. Возвышающийся, как Будда, Равана вместе со множеством апсар1

и якшей, Шукой, Сараной2 и мужьями учёными (пандита),

1 Апсары (апсарас, букв. «входящая в воду») — полубожественные женские существа, обитающие в небесных/облачных водах, но часто спускающиеся на землю.

2 Шука/Щука и Сарана — имена двух легендарных ракшасов, упоминаемых, в частности, в «Рамаяне».


6. успешно вознёсся туда, где Повелитель Дхармы высился.

Выйдя из колесницы цветочной, он почтительно приветствовал Татхагату,

сделал ему подношения и представился, став пред Победоносным:

7. «Я, Равана, десятиглавый повелитель ракшасов, сюда прибывший,

покорно прошу принять меня вместе с Ланкой и всеми града сего обитателями.

8. Ибо обретшие внутреннее выявление,

воистину совершеннопробуждённые прошлых времён,

(5) посреди града сего, на сей вершине, усыпанной каменьями драгоценными,

[других] просвещали.

9. Ныне пусть Благодатный так же на этой вершине, украшенной каменьями драгоценными,

в окружении сыновей Победителя поведает неомрачённую Дхарму.

Мы и все обитатели Ланки жаждем это услышать.

10. Ланкаватара-сутра, всецело поведанная тобою буддам прошлых времён,

свободна от наставлений-суждений и постигается внутренним выявлением.

11. Я вспоминаю будд прошлого, излагавших, в окружении сыновей Победителя,

здесь эту сутру. Так пусть Благодатный вновь поведает нам её.

12. В наступающих временах будут будды и сыновья будд,

якшасам сострадающие. Грядущие Повелители наставлять будут

в этом дивном Учении на этой вершине, украшенной каменьями драгоценными.

13. Дивный божественный град Ланка украшен множеством драгоценных каменьев,

склоны гор при нём укрыты сетью-пологом из жемчугов и драгоценностей.

14. Благодатный, здесь обитают якши свободные от страстей и пороков,

размышляющие о внутреннем выявлении,

удовлетворённые, свершающие подношения древним буддам,

приверженные учению Махаяны1 и побуждающие друг друга

свершать подношения [буддам].

1 Маха-яна (букв. «большая/великая колесница»), название более поздней ветви буддизма, в отличие от Тхера-вады (пали, «Учение старейших»), иногда ошибочно именуемой Хина-яной или «Малой колесницей». Основным отличием Махаяны от Тхеравады является стремление её последователей к достижению не индивидуального, но всеобщего спасения, основы чего и излагаются, в частности, в Ланкаватаре.

15. Есть здесь и юные якши и якшини, ознакомиться жаждущие с учением Махаяны.

Пусть же на Ланке взойдёт Благодатный на гору Малайя.

(6) 16. Ракшасы, посвятившие себя Махаяне, град сей населяющие

и возглавляемые Кумбхакарной1,

жаждут услышать о постигаемом внутренним выявлением.

1 Кумбхакарна (букв. «котлоухий») — имя гиганта-ракшаса, брата Раваны; подробнее о нём см. в «Рамаяне».


17. Они прилежно свершали подношения Буддам в прошлом

и ныне то же свершать готовы.

Ступи же, из сострадания ко мне, на Ланку, вместе с сыновьями своими.

18. Прими, Махамуни1, дворец мой и общество апсар, и всяческие ожерелья,

а также прелестные рощи из деревьев ашоковых2 перед дворцом.

1 Махамуни (букв: «великий мудрец»), ещё один из эпитетов Будды.
2 Ашоковое дерево (Jonesia Asoka Roxburgh) — одно из священных деревьев Индии, связанное, согласно преданию, с рождением Будды. Подробнее о дереве ашока — здесь.


19. Я — слуга будд и сыновей Победителя.

И нет ничего, чем я не пожертвовал бы для блага Учения.

О, Махамуни, яви же мне сострадание!

20. Выслушав им речённое, молвил Владыка тройного мира1:

— Повелитель якшей, эту гору из драгоценных камней

посещали Повелители прошлых времён.

1 Тройной или тройственный мир (трибхава, а также — трилока, траидхатука) — согласно буддийским представлениям, мир, как таковой, состоит из трёх миров или сфер: кама-дхату (мир желаний), рупа-дхату (мир образов/форм) и а-рупа-дхату (мир без-образов/форм).


21. Именно из сострадания к вам они повествовали о внутренней Истине-Дхарме.

То же провозгласят и Будды грядущих времён на этой горе,

усыпанной каменьями драгоценными.

22. Это — обитель йогинов, услаждающихся созерцанием Истины-Дхармы.

Царь якшей, ты удостоишься состраданья сугат и моего.

23. Благодатный, будучи настойчиво приглашаем, пребывал спокойным и безмятежным,

а затем ступил на цветочную колесницу, предложенную ему Раваной.

24. Так Равана и прочие, вкупе с мудрыми Победителя сыновьями,

(7) сопровождаемые радостными танцами апсар и проявлениями почтения, достигли града.

25. Прибыв же в дивный град, Будда вновь был удостоен почестей.

Здесь он был почтён собранием якшей и якшинь во главе с Раваной.

26. Юные якши и якшини преподнесли Будде сеть, усыпанную драгоценностями,

Равана же одел жемчужные нити, украшенные каменьями драгоценными,

на шеи Победителю и сыновьям Победителя.

27. Благодатный, приняв вместе с сыновьями Победителя

и мужьями учёными подношения,

явил Дхарму внутреннего выявления.

28. Почитая Махамати как искусного оратора,

Равана и собрание якшей вновь и вновь почтительно его испрошали:

29. — Вопроси Совершеннопробуждённого о Дхарме внутреннего выявления,

о коей мы, якши и сыновья Победителя, жаждем здесь услышать,

о чём все якши, сыновья Победителя и мужья учёные тебя настойчиво испрошаем.

30. Ты — искуснейший из ораторов и из йогинов — наиусерднейший.

Преданно умоляю тебя, наиопытнейший, вопроси же Будду об этом знании!

31. О свободной от умопостроений тиртхьев, пратьекабудд и шраваков

(8) истинной внутренней природе, выявляемой лишь на уровне будды.

32. Вслед за этим сотворил Благодатный горы, каменьями драгоценными украшенные,

и другие дивные возвышенности, обильно украшенные

неисчислимыми драгоценностями.

33. На вершине каждой из гор сотворённых был различим сам Будда.

Также пребывал на каждой из них и якша Равана.

34. Всё собрание также можно было узреть на вершине каждой из гор,

и все будда-земли там были, и в каждой пребывал её правитель.

35. Были там и ракшасов повелитель, и обитатели Ланки,

и Ланка любая, сотворённая Победителем, ни в чём не уступала реальной.

36. Многое было там: и рощи из деревьев ашоковых, и цветущие лотосы...

И на вершине каждой горы Махамати вопрошал Покровителя,

37. являвшего якшасам Дхарму, ведущую к внутреннему выявлению.

На вершинах гор он преподал полностью сто тысяч сутр.

38. После сего и Научающий, и сыновья Победителя стали незримы,

оставив ракшаса Равану одиноко стоящим в своём дворце.

39. Он думал: «Сколь странно то, что я видел и слышал!

Что это было? Иль просто привиделось? Где сей град? И где — Сугата?

40. Где все эти земли, где лучезарные Будды, где Сугаты?

(9) Мне это приснилось? Иль место имел призрачный град,

к жизни гандхарвами вызванный1?

1 Гандхарвы, в ведической мифологии — группа полубогов, при этом в Индии существовало поверье, что увидевшему парящий в воздухе призрачный «город гандхарвов» грозит несчастье или гибель.

41. Иль было то ослепление миражом, чем-то вроде

сна о родах, приснившемся бесплодной женщине,

иль дымом от огненного колеса1 — всё это, привидевшееся мне здесь?»

1 Огненное колесо — один из образов, неоднократно использованных Буддой для пояснения иллюзорности мира: огненное колесо, образованное углем, вращающимся на шнуре.

42. А затем: «Пожалуй, такова природа как она есть (дхармата1),

всех дхарм, уму предстающих,

и именно этого не осознают невежды, вводимые в заблуждение

всякой воображаемой формой.

1 Дхармата — изначальная истинная всеобщая природа (дхарма) всего сущего (она же — пустотность-шуньята), иллюзорными проявлениями которой являются все остальные дхармы.

43. Нет ни виденного, ни увидевшего, ни сказанного, ни сказавшего.

Появление и пребывание [где-либо] Будды и дхарм —

не более чем следствие различения1.

1 Различение — викальпа, иногда переводится и как «иллюзия, кажимость, заблуждение». При этом существует ещё одна трактовка этого термина, вполне согласующаяся с учением Ланкаватары: умопорождённый образ.

44. Те, кто видит вещи такими, как они представали прежде, не зрят Повелителя,

но даже и прекратив различение — Будду не увидать.

Лишь прекратив в уме порождения дхарм/вещей,

узришь Совершеннопробуждённого Будду.

И тут Правитель Ланки обрёл пробуждение, пережив преображение-паравритти1 и, постигнув всё как видящееся уму, утвердился в применении не-различения.

В силу накопленных в прошлом заслуг обрёл он знание всех наук, совершенную удовлетворённость, глубочайшую просветлённость (буддхи), истинное ви'дение, способность не зависеть от других, умение правильно успокаивать собственный ум, обрёл учение, не основанное на рассудочных суждениях, перестал быть зависимым от других, стал йогином, постигшим высшую йогу, обрёл способность принимать любую форму, овладел всеми искусными средствами2, познал отличительные особенности каждого из уровней совершенствования и стал способен превзойти любой из них,
насладился проникновением в самосущую природу читты-ума, манаса-мысли, виджняны мышления3, обрёл ви'дение, посредством коего смог избавить себя от пребывания в трёх мирах4, овладел способностью опровергать любые доводы (10) тиртхьев, всецело постиг Лоно Татхагат5, уровень будды, внутреннее выявление, стяжал совершенную мудрость. И вдруг раздался глас с небес, возвестивший ему:

— Это всё надлежит познать тебе самому.

1 Пара-вритти («наивысшая точка; вершина; окончание, завершение» + «поворот, преображение») — по сути, речь идёт о возвращении «замутнённого» или «омрачённого» неведением ума/сознания к изначальному состоянию.

2 Искусные средства — санскр. упая, букв. «способ, средство, путь (для достижения цели); хитрость, уловка».

3 Мано-виджняна = «ум, разум» + «различающее сознание».

4 Пребывание в трёх мирах — санскр. три-самтати, букв. «тройное продолжение существования».

5 Татхагата-гарбха («Татхагата» + «лоно, матка, утроба; плод, зародыш» = «Лоно Татхагат»), по сути, речь идёт об обретении изначального неомрачённого ничем восприятия. Но это же сочетание может переводиться и как «зародыш Татхагаты».


Славно, славно, о правитель Ланки! И ещё раз: воистину славно, правитель, ты — славный подвижник! Йогину надлежит совершенствоваться так, как совершенствуешь себя ты.

Татхагат и дхармы надлежит видеть так, как увидел их ты. Иное ви'дение есть разрушение, а не приближенье к спасению.

Все дхармы надлежит воспринимать, превосходя ум-читту, мысль-манас и виджняну, как это тебе удалось.

Углубляй своё ви'дение, не предаваясь бесполезным виде'ниям, и не прельщайся бессущностными умопорождаемыми образами, зримыми погружёнными в самадхи шраваками, пратьекабуддами и тиртхьями, как и свидетельствами прельщающихся таковыми.

Кроме того, не следует исходить из представлений о неком самосущем бытии, из восхваления некоего бесстрастного повелителя властителей, не должно также растворяться в дхьяне, относящейся к первым шести1.

1 Дхьяна («сосредоточение, созерцание», кит. чань, яп. дзэн), общее название йогических созерцательных практик, а также связанных с ними изменённых состояний сознания, завершающихся состоянием самадхи. В тексте Ланкаватары повествуется о десяти последовательных дхьянах/самадхи, соответствующих десяти уровням совершенствования следующего путём бодхисаттвы, однако полное освобождение от “я”/самости достигается лишь на седьмой ступени этого восхождения.


Таков, правитель Ланки, путь высшего постижения (абхисамая)1 великих йогинов: должным образом разрушать чуждые суждения, сокрушать неправильные воззрения, отстранять представления о “я”, надлежащим образом побуждать преображение-паравритти тончайшей виджняны.

Таковы сыновья Будды, должным образом следующие путём Махаяны. Дабы овладеть уровнем внутреннего выявления, достигнутым Татхагатой, тебе надлежит совершенствоваться в самообуздании (йога карания)2.

1 Абхисамая — букв. «ясное видение/знание» либо «высший предел». Обычно этот термин на русский переводят словом «реализация/самореализация», либо — как «ясное постижение четырёх благородных истин», либо — «просветление/пробуждение».

2 Йога карания — букв. «заниматься йогой». При этом одним из первичных значений слова йога как раз и является «обуздание».


Следуя этому, правитель Ланки, всё более и более очищайся и далее, согласно наставлениям, тобою полученным. (11) Совершенствуясь в самадхи и самапатти1, не предавайся состояниям, предписываемым шраваками, пратьекабуддами и тиртхьями и основанным на радостях чувственного восприятия.

Совершенствуясь в самообуздании, невежественные тиртхьи-йогины исходят из самости, различаемых признаков, цепляются за существование, свойства/качества гуны2, вещество.

Они привержены воззрениям, основанным на невежестве и сомнении. Их умы смущены представлением о происхождении всего из пустоты, преисполнены заблуждений/различения, преданы разделению оценивающего и оцениваемого (лакшья-лакшана).

1 Самапатти («равный, одинаковый» + «обретение/удержание», в йогических текстах переводится и как «достижение») — особые состояния ума/сознания, следующие за самадхи. В частности, так именуют четыре высшие дхьяны, последняя из которых характеризуется полным выходом за пределы мышления/воображения и представлений как таковых, т. е. прекращением деятельности ума. (Детальнее о дхьянах и самапатти см. Мирча Элиаде «Йога: свобода и бессмертие».) При этом иногда термин «самапатти» используется и в качестве синонима слова «дхьяна».

2 Гуна, букв. «нить, шнур, струна», а также — «изначальное свойство/атрибут/составная часть мира».


Правитель Ланки, приводящее к обладанию универсальным телом вишва-рупа и венчаемое обретением внутреннего выявления — это путь Махаяны. Он побуждает к овладению универсальным телом и способствует его сохранению.

Правитель Ланки, всякий совершенствующийся в йоге Махаяны растворяет пелену неведения, устраняет множественные волнения виджнян и не следует наставлениям и способам самообуздания, проповедуемым тиртхьями.

Ибо йога тиртхьев, правитель Ланки, порождает у них приверженность к самости. Уродливое вредоносное учение йогинов-тиртхакаров основывается напредставлении о самости, исходящем из двойственной самосущей природы виджняны.

Оттого — славно вышло нынче, правитель Ланки. Поразмысли же над этим так, как ты проделал это, узрев ранее Татхагату, ибо это — подлинное ви'дение/учение Татхагаты.

Тут Равана молвил:

— Я желаю видеть вновь Благодатного, в совершенстве овладевшего йогой, отстранившегося от йоги тиртхьев, содействующего постигшим основу внутреннего выявления, превзошедшего разделение преображённого и преображения.

Он есть осознание (буддхи) (12), достигаемое йогинами в ходе совершенствования в самообуздании в момент высшего самадхи.

Так, благодаря ему, отбросившему достижения прежних йогинов и сосредоточение на словах, усердно ведущему к подлинным достижениям, сострадающему, усмирившему пламя источников омрачений (клеша)1 и различение, окружённому сыновьями Победителя, проникшему в умы и помыслы всех существ, вездесущему, всеведающему, прекратившему действие форм-признаков (лакшана3), узрев его вновь, я смогу достичь ранее недостигнутого, руководствоваться неразличением, а также, следуя совершенствованию, смогу пребывать в блаженстве самадхи и самапатти и странствовать по землям, где прогуливаются Татхагаты.

1 Клеши — источники страданий или омрачения: клеша = букв. «мука, страдание; загрязнение, порок» — от клиш = «огорчать, беспокоить, причинять страдания»; в буддизме существуют различные перечни клеш, сводимых, в конечном счёте, к трём основным: алчность или влечение (тришна), злоба или отвращение (двеша) и неведение (авидья).

2 Лакшана = «знак, признак; качество», но и «проявленное, форма».


Здесь Благодатный, ощутив, что правитель Ланки достиг стойкого видения не-рождённости дхарм (анутпаттика-дхарма-кшанти), явил десятиглавому великолепие своего сострадания, представ ему вновь ясно зримым на вершине, усыпанной неисчислимыми сокровищами и окутанной сетью из драгоценностей.

Ракшас десятиглавый, правитель Ланки вновь, как и прежде, узрел сияние на вершине горы — Татхагату, Архата и Совершеннопробуждённого с тридцатью двумя признаками совершенства, украшающими его тело, а также — на каждой вершине горы — себя вместе с Махамати пред Татхагатой, Совершеннопробуждённым, продолжающего свою беседу о постигаемом Татхагатой при внутреннем выявлении и обсуждающего в окружении якшей наставления, истории и притчи. На этих (13) будда-землях можно было узреть и их Правителей.

Далее Благодатный, окинув вновь оком мудрости, отличным от человечьего глаза, это собрание, захохотал громогласно и яростно, подобно царю-льву.
Лучи света, исходящие от его урнакоши1, от его рёбер, чресел и бёдер, от шриватсы2 на груди и из каждой поры кожи, лучи, страстно пылающие подобно пламени, возникающему в конце юги3, величественные, что радуга, сияющие, как солнце, великолепные — были видны с небес Шакре4, Брахме и локапалам5, а сидящий на вершине великой горы, не уступающей горе Сумеру6, хохотал громогласно и яростно.

Тут все в собрании бодхисаттв, а также Шакра и Брахма помыслили каждый по поводу внезапного веселья Благодатного:

1 Урнакоша (букв. «волос-драгоценность») — один из 32 признаков совершенства совершеннопробуждённого; иногда переводится как «прядь волос меж бровями», но чаще — как «третий глаз».

2 Шриватса («счастливый; святой» + «дитя» = «святое дитя») — священный знак. Шриватсу обычно представляют как особый сияющий завиток волос на груди; изначально — атрибут ряда индуистских богов (Вишну, Кришны), которым они обладают с момента рождения, позднее им же был наделён и Будда.

3 Юга, в индуистской мифологии — один из четырёх периодов времени, в сумме образующих т. н. Великую Югу (махаюгу), совокупностью же махаюг образуется кальпа или День Брахмы (фактически — период существования вселенной). Здесь, судя по всему, речь идёт о последней юге Дня Брахмы, завершающейся разрушением мира (всеиспепеляющим пламенем). Подробнее о югах: http://taoktagon.narod.ru/yuga.htm. Назад к прим. о «долгой ночи».

4 Шакра — это, как было сказано ранее, эпитет Индры, признаваемого в буддизме правителем второго из миров богов, находящегося на вершине горы Сумеру (см. примечание 6 ниже).

5 Локапалы — хранители мира или сторон света.

6 Гора Сумеру или Меру, в индуистской и Буддийской мифологии и космогонии — обитель богов, сложенная из золота и драгоценностей и с четырёх сторон охраняемая локапалами.


«Отчего, почему Благодатный, повелевающий самою Истиной-Дхармой, улыбнувшись вначале, вдруг разразился язвительным громогласным смехом? И отчего его тело стало сияющим? И как, излучая это сияние, ему удаётся оставаться спокойным, выявляя внутреннее благородное знание, не восторгаться погружением в самадхи, озирая при этом десять сторон света1, окидывая их взглядом подобно льву и заботясь лишь о правильном осмыслении Раваной применения йогического пути постижения?»

1 Десять сторон света — четыре стороны света (север, юг, восток и запад), четыре промежуточных направления (северо-восток, северо-запад, юго-восток и юго-запад) и два направления вертикальных (зенит и надир).


Тут бодхисаттва-махасаттва Махамати, ранее настойчиво упрашиваемый Раваной обратиться к Будде, преисполнясь сострадания к ракшасу, а также (14) прозревая умы, помыслы и сомнения собравшихся бодхисаттв и сознавая, что существам для последующего их возрождения надлежит быть искушенными прелестью словесных наставлений1 в силу привязанности к словам и писаниям, ибо, поскольку звуки представляются полными смысла и пользы, они наделяются властью шраваками, пратьекабуддами и тиртхьями, но Татхагаты и Благодатный, будучи свободными от виджнян, хохочут надо всем этим громогласным смехом. И, дабы положить конец их любопытству, Махамати вопросил Благодатного:

— Отчего, почему возник этот смех?

1 Словесные наставления — санскр. дешана-патха = «наставление/указание» + «повторение/цитирование [текстов]».


И ответствовал Благодатный:

— Славно, славно, Махамати! Воистину, ещё раз — славно! Воспринимая мир таким каков он есть и заботясь о пробуждении всех, погрязших в ложных представлениях в трёх временах1, ты взялся задать мне этот вопрос. Так поступают мужи учёные, вновь и вновь задавая вопросы принадлежащим к другим джати2, так и должно быть: в равной мере — для блага собственного и во имя других.

Правитель же Ланки, Махамати, вопрошал Татхагат прошлых времён, архатов и совершеннопробуждённых о двойственности.

Теперь он желает задать и мне тот же вопрос, уясняя различия в методах и особенностях — чего никогда не пытаются делать те, кто предаётся йоге шраваков, пратьекабудд и тиртхьев. О том же любящий задавать вопросы десятиглавый [вновь] спросит и у будд грядущих времён.

1 В трёх временах — в прошлом, настоящем и будущем.
2 Джати = «рождение, происхождение; положение, статус; каста, варна».


Ведая это [всё], Благодатный молвил правителю Ланки:

— Ты вопросил, о правитель Ланки, и Татхагата удостаивает тебя позволения получить ответ, не откладывая, и какие бы вопросы ни пожелал ты задать, я отвечу на каждый из них (15) так, чтобы удовлетворить твой ум.

Стало быть, пребывая свободным от различения, познавай на опыте препятствия подлежащие преодолению на каждом уровне.

Наслаждаясь самадхи, исследуй состояния пробуждения, постигая признаки внутреннего выявления.

Будучи принят в самадхи буддами, пребывай в блаженстве покоя. Получив же представление о самадхи последователей шраваков и пратьекабудд, переходи на уровни Ачала1, Садхумати2 и Дхармамегха3, неизменно следуй бессамостности, удостойся посвящения руками Победителей в самадхи, пребывая в великой лотосовидной вимане, украшенной драгоценностями.

Победители предстанут тебе покоящимися на лотосах за пределами форм, ты узришь и себя самого также сидящим на лотосах, лицом к лицу к каждому из Победителей и обретёшь посвящение. Таково это царство, недоступное телесному восприятию5.

Лишь когда накопишь определённый опыт, утвердишься на уровне мастерства, освоишь применение искусных средств, тогда достигнешь этого царства, недоступного телесному восприятию. Тебе надлежит обрести способность проявляться в различных обликах и вступить на уровень Татхагат, неведомый прежде шравакам, пратьекабуддам, тиртхьям, Брахме, Индре, Упендре6 и прочим.

1 А-чала = «не-движный, не-колебимый» = «Неколебимость»: согласно Ланкаватара-сутре — название восьмого из уровней совершенствования бодхисаттвы.

2 Садху-мати = «верный, правильный; прямой» + «мысль; представление, понятие; мнение» = «Правильное Восприятие» — название девятого из уровней совершенствования бодхисаттвы.

3 Дхарма-мегха = «дхарма, истина» + «облако, туча» = «Облако Истины-Дхармы», иногда переводится как «Облако Добродетели» — название десятого (последнего) из уровней совершенствования бодхисаттвы.

4 Телесное восприятие — здесь это сочетание соответствует вишая = «объект чувствования», при этом каждому из пяти органов чувств соответствует вполне определенная вишая.

5 Упендра = «младший (или маленький) Индра», одно из имён бога Вишну.


И тут правитель Ланки, обретя благоволение Благодатного, вознёсся со своего места на вершине горы из драгоценностей, сиявшей как драгоценный лотос, ослепительно белый и лучащийся всем своим великолепием. Он вознёсся, сопровождаемый свитой апсар, в окружении множества всевозможнейших цветов, гирлянд, ароматов, благовоний, масляных воскурений, зонтиков, флажков, стягов, ожерелий, связок из нитей жемчуга, венцов, диадем (16) и иных украшений, несравнимых по своему великолепию и роскоши с чем-либо из виданного или слыханного прежде; раздавалась музыка, превосходящая по красоте всякую когда-либо звучавшую у богов, нагов, якшей, ракшасов, гандхарвов, киннаров1, махорагов2 и людей; явились музыкальные инструменты, превосходящие все, какие только могут иметься в мире желаний и столь же превосходные, как встречающиеся в землях Будды.

Благодатный же и Бодхисаттвы были окутаны сетью из драгоценностей; вознеслось множество нарядных покровов и флажков, парящих в небе на высоте семи тала3, проявлением почтения струились обильные потоки живительных подношений, звучала музыка, наполнявшая всё вокруг... Затем, спустившись вниз, правитель Ланки воссел на вершине горы из драгоценностей, увенчанной дивным драгоценным лотосом, отчего небо озарялось светом, подобным по свечению заходящему солнцу. Воссев, он вначале почтительно улыбнулся Благодатному в благодарность за его благоволение, а затем задал ему вопрос о двойственности:

— Об этом же вопрошали Татхагаты прошлого, бывшие архатами и совершеннопробуждёнными, и они полностью прояснили его.

Благодатный, ныне и я обращаюсь к тебе с просьбой о словесном наставлении, и, как это было с буддами прошлых времён, мне оно, несомненно, дано будет.

Благодатный, о природе двойственности рассуждали сотворившие Тело Преображения4, но не Татхагаты Покоя-Молчания.

Ибо, Благодатный, Татхагаты Молчания настолько объяты блаженством самадхи, что не способны ни осознавать его, ни наставлять о нём.

Несомненно, Благодатный, ты, будучи повелителем всех дхарм и дхармы двойственности, архатом, Татхагатой и совершеннопробуждённым, славно наставишь в этом. Сыновья Победителя и сам я жаждем услышать твои наставления.

1 Киннары (букв. «что за люди?») — полубожественные существа либо с головами людей и лошадиными телами, либо с человечьими телами и лошадиными головами.

2 Махораги — змеевидные демоны.

3 Тала — пальмовое дерево, пальмира, в древней Индии использовались в качестве единицы измерения высоты.

4 Сотворившие Тело Преображения, (нирмита-нирмана = «сотворившие преображение»), речь идёт о буддах/Татхагатах, обретших зримый облик, дабы проповедовать Дхарму иным существам.


Благодатный молвил:

— Правитель Ланки, расскажи мне, что ты понимаешь под двойственностью дхарм?

Повелитель ракшасов (17) ответствовал, облачённый в дивные сияющие украшения, с диадемой, браслетом, ожерельем и «Алмазной сутрой»1:

— Сказано, что даже дхармы должны быть отброшены, тем паче, — адхармы2.

Благодатный, зачем существует эта двойственность, подлежащая отбрасыванию? Что такое адхармы и что такое дхармы?

Как можно отбрасывать двойственность дхарм, происходящую из подверженности различению признаков, из различения некоего несуществующего самосущего бытия, из представления о сотворённом и не-сотворённом, из не-осознания природы Алая-виджняны, не содержащей различимых признаков?

Волосяная пряжа3 представлений о самосущем бытии связана со знанием, принадлежащем к загрязнённым сферам восприятия. Если всё обстоит именно так, как же может происходить какое-то отбрасывание дхарм и адхарм?

1 Далее Равана приводит практически дословную цитату из Ваджраччхедика-праджняпарамиты, т. е. именно из «Алмазной сутры»: dharmā eva prahātavyāH prāgevādharmāH, т. е. «даже дхармы должны быть отброшены, тем паче — адхармы».

2 А-дхарма = «не-дхарма».

3 Волосяная пряжа (кешондука) — иллюзорная сетка или вуаль, видящаяся повсюду глазу, поражённому катарактой.


Благодатный молвил:

— Правитель Ланки, разве ты не сознаёшь, что кувшины и другие хрупкие вещи, по природе своей рано или поздно подлежащие разрушению, имеют место лишь в царстве различения, лелеемого невеждами?

Тáк это есть, что же здесь непонятного? В силу различения, лелеемого невеждами, существует разделение дхармы и адхармы.

Однако благородное знание невозможно обресть, основываясь на подобном восприятии. Держись подальше, правитель Ланки, от вовлечённости в различение множественных признаков и форм бытия, кувшинов и тому подобного, присущего невеждам, но не мудрым.

Порождённое одним и тем же, пламя, имеющее единую природу, вспыхнув, охватывает дома, дворцы, сады, храмы.

Различия же в длительности и силе горения пламени, а также в особенностях горящего материала порождаются восприятием.

Тáк это есть, что же (18) здесь непонятного? Оттого и существует разделение дхармы и адхармы. Подобное можно наблюдать не только в горении пламени, распространяющемся из одного истока и всё же кажущемся разнообразием огней, но ведь и из одного и того же семени, правитель Ланки, постепенно прорастают побеги, стебли, боковые отростки, листья, лепестки, цветы, плоды и ветви, отличные друг от друга.

Подобно этому все дхармы происходят из дхарм. Всё внутреннее и внешнее порождено неведением, от какового зависят также скандхи1, дхату2, аятаны3, сопровождаемые дхармами тройственного мира, в коем мы обретаем представляющееся нам различно блаженство пребывания в нём, описываемое словами.

Одни и те же признаки представлялись в ходе познания чувственно воспринимаемого мира по-разному: низменными, возвышенными и серединными, загрязнёнными и незагрязнёнными, благими и неблагими.

Однако не только в дхармах, правитель Ланки, происходит подобное разделение различий. У йогинов, совершенствующихся посредством самообуздания, также имеет место восприятие различий признаков внутреннего выявления.

Как же тогда вновь становится возможным не-различение дхармы и адхармы, видимых нами в мире, развившемся из различения? Воистину, становится.

1 Скандхи (букв. скандха = «собрание, скопление»), в буддизме — пять групп составных элементов существа (по сути — пять собраний дхарм): (1) формы (рупа-скандха), (2) чувствования (ведана-скандха), (3) мышления или рассудочного восприятия (самджня-скандха), (4) побуждений, волевых импульсов (самскара-скандха) и (5) сознавания (виджняна-скандха).

2 Дхату, букв. «мир, сфера, слой, уровень», но и — как в данном случае — «элемент, составная часть [существа]»; насчитывают 18 элементов-дхату: «Когда возникает мышление и рассуждения, сознание [хранилище] приходит в движение, рождаются 6 виджнян и возникают 6 индрий (органов восприятия), воспринимающих 6 гун (свойств объектов). Вот эти три шестерки и образуют 18 [дхату]» ("Сутра помоста шестого патриарха").

3 Аятана, букв. «опора [восприятия]» — в буддизме насчитывают 12 аятан: 6 признаков (форма, звук, запах, вкус, осязание, интеллект) и 6 «врат», через которые шесть предыдущих воспринимаются сознанием (глаза, уши, нос, язык, тело, мысль).


Итак, правитель Ланки, разделение дхарм и адхарм происходит здесь в силу различения признаков.

Правитель Ланки, что собою представляют дхармы? Они являются воображаемыми в силу различения, лелеемого тиртхьями, шраваками, пратьекабуддами и невеждами.

Первичными среди дхарм являются качество гуна и вещество дравья, порождённые причинностью (каранато). Их, как уже было сказано, надлежит отбросить.

Не должно быть никакого различения, связанного с признаками. В истинной природе бытия (дхармате) уму видится (19) наличие не-существующих кувшинов и тому подобного.

Дхармы, воображаемые невеждами, лишены тела или основы. Таким образом, единственным способом обретения правильного знания является проникновение в истинную природу вещей.

Что же, в таком случае, представляют собою адхармы? Правитель Ланки, они, подобно дхармам, не имеют сущности и не обладают различимыми признаками.

Дхармы и адхармы не-выявляемы, пребывают вне причинности, не проявляются действием, существованием и не-существованием.
Таково отбрасывание дхарм.

Что, ещё раз, понимается под не-выявляемостью дхарм? То, что они подобны рогам зайца, осла или лошади, или — ребёнку, зачатому бесплодной женщиной.

Будучи умопорождёнными, дхармы не-выявляемы по своим признакам. К ним невозможно привязаться, как к кувшинам и тому подобным вещам, поскольку о них рассуждают лишь в обыденном общении. Как только с ними покончено, как с не-уловимой виджняной, будет покончено и с существованием различения. Это и называется отбрасыванием дхарм и адхарм. Правитель Ланки, тем самым отвечено на твой вопрос о том, как покончить с дхармами и адхармами.

Правитель Ланки, ты сказал, что намерен задать вопрос, заданный Татхагатами прошлого, архатами и совершеннопробуждёнными и с моей помощью ими тогда разрешённый и отброшенный.

Правитель Ланки, называемое "прошедшим" также связано с различением, поскольку прошедшее различимо именно в силу различения.

Точно так же Татхагаты не различают в истинной природе (дхармате) ни будущего, ни настоящего.

И сами они (т. е. Татхагаты) не существуют для различающих множественности, будучи не-различимыми как (20) самосущее бытие (свабхава) тела и формы (рупа1), кроме случаев, когда они становятся зримыми и, заботясь для блага других о преодолении неведения, свершают посредством беспредельной мудрости (праджни2) бессамостные деяния (анимиттачара3).

Потому проявляя знание владения плотским телом (джняна-шарира) Татхагаты не различают себя и не различимы другими.

Каким образом им удаётся не различать себя, ум-самость, существование и множественные вещи? Как они не различают?

В силу наличия виджняны ума имеет место телесное восприятие причинности, в том числе тел-форм, признаков, условий-обстоятельств (самстхана) и обликов-образов (акарана). Отсюда следует, что надлежит превзойти как различение, так и не-различение.4

1 Рупа = «тело, форма, оболочка».

2 Праджня = «мудрость, знание».

3 А-нимитта-чара = «бес-причинное» + «действие, поступок», по сути, речь о поступках/деяниях, не основанных на достижении некой самостной цели.

4 “Это — один из наиболее значимых периодов первой вводной главы, однако сами по себе все три версии текста, за исключением, возможно, перевода времён Тан, представляют определённые трудности для понимания.

В переводе времён Вэй сказано: «Правитель Ланки, то, что ты говоришь о чём-то как о прошедшем, является проявлением различения, соответственно, будущее и настоящее также являются следствиями различение.

Правитель Ланки, когда я говорю об истинной сущности таковости как о чём-то реальном, это также относится к различению.

Оно подобно восприятию форм как некой конечной реальности. Желающему выявить блаженство истинной мудрости надлежит совершенствоваться в знании, превосходящем формы.

Потому не различай Татхагат как обладающих телом знания или сущностью мудрости. Не дорожи никаким различением. Не цепляйся за такие понятия как самость, особость, душа и им подобные.

Как овладеть неразличением? То, что некими состояниями дорожат как формами, образами и т. п., связано с виджняною мысли.

Не привязывайся к подобному различению. Не различай и не будь различимым. Всё это, Правитель Ланки, подобно фигурам, изображённым на стене, — таковы все чувствующие существа.

Правитель Ланки, все чувствующие существа подобны травам и деревьям, с ними не происходит никаких действий, ими не вершится никаких дел.

Правитель Ланки, дхармы и адхармы — о них нечего слушать, и нечего говорить...»

В переводе времён Тан: «Правитель Ланки, то, что ты говоришь о чём-то как о прошлом, — не более чем различение, то же касается и будущего. Я также подобен ему. [Возможное прочтение: “настоящее также подобно этому”.]

Правитель Ланки, учение всех Будд является следствием внешнего различения. Превосходя пределы всех различений и тщетных суждений, оно не является формою разрознения и постижимо лишь мудростью.

То, о чём повествует это учение в целом, даётся для блага обретения блаженства всеми чувствующими существами. И сказанное в нём порождено мудростью, превосходящий всякие формы.

Его называют Татхагатой, потому Татхагата пребывает собственной сущностью, собственным телом в этой мудрости.

Таким образом, он не различает и при этом не подлежит различению. Не различай его за понятиями “самость”, “особость” или “существо”.

Почему невозможно его различение? Потому что виджняна мышления пробуждается в силу различения объектного мира, в коем она привязывается к формам и образам. Потому Татхагата пребывает вне различающего и вне различаемого.

Правитель Ланки, это подобно существам, изображённым красками на стене — они не способны воспринимать что-либо. Чувствующие существа этого мира также подобны им. Ни действий, ни воздаяний с ними не происходит. Таковы все учения — нечего слушать, нечего проповедовать»”. — Прим. Д. Судзуки.

Кроме того, правитель Ланки, существа предстают уму подобно фигурам, украшающим стену: они недвижимы.

Правитель Ланки, все дхармы, сущие в мире, бессильны и лишены деяний и действия. И нет здесь никого слушающего, нет и ничего слышимого.

Ибо, правитель Ланки, всё, пребывающее в этом мире, подобно искусно сотворённым образам. Этого не постигают тиртхьи, невежды и обычные йогины.

Правитель Ланки, тот, кто видит вещи именно так, видит их истинно. Те же, кто видит иначе, предаются различению, сосредоточиваются на формах и цепляются за двойственность.

Это подобно наблюдению собственного отражения в воде, или своей тени в доме, или прислушиванию к эху. Тем самым люди, придерживающиеся различения, (21) следуют разделению дхармы и адхармы и, будучи не в состоянии отринуть двойственность, блуждают в различении, не обретая успокоения. Так т. е. успокоением именуют сосредоточенность (экагра1), коею порождается высшее самадхи, достигаемое вхождением в Лоно Таковости2, служащее царством внутренне выявленного благородного знания.

1 Экагра = «глубочайшее сосредоточение на чём-либо одном, одноточечность [ума/сознания]», а также «неколебимость».

2 Лоно Таковости (татхата-гарбха = «таковость» + «лоно, матка, утроба; плод, зародыш»), по сути, как и в случае с Татхагата-гарбхой, речь идёт об изначальной Пустоте-Шуньяте.

Первая глава, названная «Вопросы Раваны».1

1 «Примечательно, что завершения глав на протяжении всего текста сутры различаются.

Обычно подобная приписка, сделанная в конце главы, сообщает, что глава имеет такое-то название и входит в состав такой-то сутры.

Но в этом конкретном случае нет никакого упоминания Ланкаватара-сутры, словно эта глава, посвящённая вопросам Раваны, была чем-то совершенно независимым.

При этом нет никаких сомнений в том, что она является более поздним дополнением, судя по тому, насколько законченное повествование она представляет, и, вдобавок к этому, в остальной части текста сутры не содержится никаких упоминаний Раваны, развитие же беседы, ведущейся Буддой, показывает, что по своему содержанию она тесно связана с сутрой, особенно в конце, где достижение самовыявления противопоставляется нелепости или тщетности словесного обучения, обычно предлагаемого наставниками». — Прим. Д. Судзуки.

5

Глава вторая
СОБРАНИЕ
ВСЕХ НАСТАВЛЕНИЙ О ДХАРМАХ В 36 000 ШЛОК
  С.

1

Вопросы Махамати


(22) Тут посетивший все земли Будды2 бодхисаттва-махасаттва3 Махамати, вместе со всеми бодхисаттвами, поднятый со своего сидения силою будд4, прикрыл одеянием одно из плеч своих, преклонил правое колено и, сложив ладони и поворотившись к Благодатному5, поклонился и вознёс ему такие гатхи6:

1 Разбивка глав на разделы, а равно — их заглавия, отсутствуют в санскритском тексте Ланкаватары. В любом переводе то и другое носит лишь вспомогательный характер и имеет целью облегчить читателю ориентацию в протяжённых и многотематических по своему составу главах сутры. Выделенная жирным арабская нумерация в круглых скобках соответствует номерам страниц исходного санскритского текста, подготовленного Бунъю Нандзё (Bunyu Nanjo) и опубликованного изд-вом Otani University Press в 1923 г. — Здесь и далее все примечания без указания авторства принадлежат переводчику.
В тексте перевода примечания к санскритским терминам и понятиям даются лишь однократно: при первом их упоминании. Однако для удобства чтения сутры имеется Глоссарий.
2 Земли Будды или буддо-земли — подробнее о них см. в «Вималакирти нирдеша сутре», гл. 1.
3 Бодхи-саттва — «пробуждённое/просветлённое существо»; маха-саттва — «великое существо», «постигшее великую истину существо». При этом махасаттвами (как иногда — и бодхисаттвами) в Махаяне принято именовать тех, кто отказался от ухода в паринирвану (окончательную нирвану) во имя сострадательной помощи другим существам в их совершенствовании и достижении ими освобождения от пут сансары.
4 Будда (санскр. буддха) — пробуждённый или просветлённый, эпитет достигших высшего уровня совершенствования в буддизме, но и имя собственное основателя учения/традиции классического буддизма пробуждённого Шакьямуни.
5 Благодатный (бхагаван — переводится также как Благословенный); один из эпитетов не только Будды Шакьямуни, но и любого, полагаемого пробуждённым.
6 Гатха — стихотворный размер, стихотворная форма, но и священное песнопение, а также — духовное или наставляющее стихотворение.

1. Мир подобен цветку бесплотному, лишённому рождения ли, увядания,
он существует и не-существует, тобою зримый с беспредельною мудростью и состраданием.

2. Все дхармы1 подобны майе2, недоступной рассудочному восприятию,
они существуют и не-существуют, тобою зримые с беспредельною мудростью и состраданием.

1 Дхарма (от дхри = «держать, поддерживать») — одно из базовых и очень ёмких/многозначных понятий индийской философии: «нечто незыблемое», «нерушимый закон», «долг», «справедливость», «предписанный образ жизни», «добродетель», «истина», «учение», «природа», «сущность», «вещь»... В контексте Ланкаватары под дхармами в большинстве случаев подразумеваются предметы/объекты (либо, точнее, мимолётные частицы потока мышления/воображения), в отличие от личности/субъекта. Однако если контекстом под этим термином подразумевается учение Будды, используется написание этого слова с заглавной буквы: Дхарма.
2 Майя — иллюзия, кажимость, нереальность.

3. Мир неизменно подобен сну иль видéнию, лишённому вечносущести иль разрушения, он существует и не-существует, зримый тобою с беспредельною мудростью и состраданием.

4. Тому, кто рождён и не-рождён, для кого всё и существует и лишено самосущности, что и кого восхвалять в Теле Дхармы1, самосущая природа коего — [те же] сон и майя?

1 Тело Дхармы или Дхарма-кая («закон» + «тело») — «Тело Закона», «Дхармовое Тело» или «Космическое/Вселенское Тело» — высшее из трёх тел будды, бескачественное по сути, но на относительном уровне полагаемое средоточием всех свойств/качеств, обретаемых пробуждёнными.


5. О сокрытом для постижения и недоступном органам чувств — (23) как и зачем заботиться о восхвалении этого иль порицании, Муни1?

1 Муни (букв. «мудрец, святой, монах, отшельник») — также один из эпитетов Будды.


6. Тебе неизменно ведома бессущностность всех самостей, дхарм, а также — источники [всех] страданий1.

Ты наделён беспредельною мудростью, состраданием и бескорыстием.

1 Источники страданий или омрачения: клеша (букв. «мука, страдание; загрязнение, порок» — от клиш = «огорчать, беспокоить, причинять страдания») — в буддизме существуют различные перечни клеш, сводимых, в конечном счёте, к трём основным: алчность или влечение (тришна), злоба или отвращение (двеша) и неведение (авидья).


7. Ты не оставил свой дом, пребывая в нирване1, и нирвана не пребывает в тебе.

Ты отбросил воззрения о сущем, не-сущем, а равно — о пробуждённом и достижении пробуждения.

1 Нирвана (букв. «угасание, прекращение, успокоение») — «освобождение (выход из колеса перерождений)».


8. Те, кто зрит тебя, Муни, именно так, будучи безмятежными и отбросив все представления о рождении, очищены от привязанностей и страстей в этом мире, а также в мирах иных.

Далее бодхисаттва-махасаттва Махамати почтил Благодатного такими гатхами, назвав Благодатному своё имя, [полученное при] посвящении:

9. Я — Махамати, о Благодатный, я усердно следую Махаяне1 и желаю задать тебе, в красноречии непревзойдённому, сто восемь2 вопросов.

1 Маха-яна (букв. «большая/великая колесница»), название более поздней ветви буддизма, в отличие от Тхера-вады (пали, «Учение старейших»), иногда ошибочно именуемой махаянистами также Хина-яной или Малой колесницей. Основным отличием Махаяны от Тхеравады является стремление её последователей к достижению не индивидуального, но всеобщего спасения, основы чего и излагаются, в частности, в Ланкаватаре.
2 Сто восемь — число, издревле полагаемое в Индии священным.


10. Услышав слова его, Будда, лучший из мир познавших, собрание взглядом окинув, молвил всем сыновьям Всеблагого1:

1 Всеблагой (су-гата = «хороший, прекрасный» + «достигший» — «достигший благости; Всеблагой») — эпитет Будды; под сыновьями Всеблагого (Победителя и т. п.) здесь везде понимаются преданные последователи учения Будды.


11. — Вопрошайте меня, сыновья Победителя1 и ты, Махамати, и я дам наставления вам касаемо обретения внутреннего постижения.

1 Победитель, Победивший свои страсти и омрачения (джина) — эпитет Будды.


Тут бодхисаттва-махасаттва Махамати, обретя позволение Благодатного, преклонил колени пред ним и его вопросил:

(24) 12. — Как очиститься от суждений? Откуда они происходят?

Как осознать заблуждения? Откуда они происходят?

13. Откуда берутся земли Будды, преображения, признаки и тиртхики1?

Что достигается безóбразностностью2 и последовательным восхождением по уровням

и зачем они сыновьям Победителя?

1 Тиртхика (букв. «принадлежащий к тиртхьям или тиртхакарам»; тиртха-кара = «подход, проход; путь» + «делающий, творящий») — «пролагающий или указующий путь спасения/освобождения»): в индуизме — эпитет Вишну и Шивы; в джайнизме — «достигший мокши-освобождения и совершенства», эпитет основателей и реформаторов этого учения. В буддизме тиртхика/тиртхья = «ложный наставник».
2 Безóбразность (букв. нир-абхаса = «отсутствие» + «проявление, видимость, кажимость») — речь идёт об отсутствии различения каких-либо образов/проявлений как обладающих самосуществованием.


14. Что представляет собою достижение освобождения? Кто несвободен
и как он освобождается?
Что представляет собою постижение дхьян1? А также — откуда взялась колесница тройная2?

1 Дхьяна — «созерцание, сосредоточение». В терминологии восьмиступенчатой йоги Патанджали — состояние сознания, предшествующее вступлению в самадхи, при этом самадхи соответствует высшей из восьми ступеней, достигаемых йогином. В буддизме различают и четыре, и восемь, и даже неисчислимое количество дхьян (см. далее по тексту).
2 Колесница (яна), в буддизме — путь или способ достижения Освобождения.


15. Что порождается условиями1? Что является следствием? И что — причиной?

Зачем учение о двух пределах2? Или как оно появилось?

1 Условие, букв. пратьяя — «условие» или «сопутствующая/содействующая причина», в отличие от причины как таковой (карана) упомянутой в конце этой же строки.
2 Два предела — букв. значение убхайо-анта, но это же сочетание может быть переведено и как «две природы».


16. Как обретается переживание (самапатти) мира без-форм и прекращения различения?

Как достигается прекращение рассудочного восприятия1? И как, и зачем из этого состоянья выходят?

1 Рассудочное восприятие, самджня — одна из пяти скандх (см. ниже по тексту).


17. Как возникают действие и движение у обладающих телом?

Как возникает весь этот видимый мир? Как происходит движение по уровням?

18. Кем разрываются путы сего тройного существования1? Что после этого представляет собою место его пребывания и его тело?

Где он возникает потом? Как становятся Победителя сыновьями?

1 Тройное существование (три-самтати — букв. «тройное продолжение») — речь, видимо, идёт о существовании в трёх мирах (или сферах): желания, форм и без-форм.


19. Как достигаются беспредельное осознание1, самообладание2 и самадхи3?

Как обретается полное успокоенье ума?

Умоляю поведай же мне, о Подобный Быку Победитель!

1 Беспредельное осознание (букв. абхи-джня = «беспредельное осознание» или «особые способности» будды) — умения, в частности: (1) принимать любую форму, (2) слышать на любом расстоянии, (3) видеть на любом расстоянии; (4) проникать в мысли человека, (5) знание прошлого и настоящего любого человека.
2 Самообладание-ващита (или вашита), букв. «подчинение» или «сверхъестественная способность подчинять всё собственной воле», таково традиционное внеконфессиональное понимание этого термина. Однако встречается упоминание, что бодхисаттвам присущи 10 ващит: (1) аюр (жизненная сила); (2) читта (сила мысли); (3) паришкара (собственно самообладание); (4) дхарма (непогрешимое следование истине); (5) риддхи (чудесные или магические способности); (6) джанма (возможность выбирать облик при следующем рождении); (7) адхимукти (открытость, предельная беспристрастность); (8) пранидхана (посвящение себя спасению всех существ); (9) карма (независимость от закона причин и следствий); (10) джана (возможность выбирать место рождения), соответственно, в этом контексте смысл термина более точно можно передать и сочетанием «способность владеть собою», хотя встречается и перевод «безграничная власть».
3 Сама-дхи (букв. «соединение вместе, слияние» + «удерживать») — отождествление с объектом созерцания/сосредоточения: особое состояние сознания, достигаемое в итоге йогических практик сосредоточения.


20. Что такое Алая1? И что представляет собою мыслеразличающее сознание2?

(25) Как возникает зримое? Как оно прекращает быть зримым?

1 Алая или Алая-виджняна, букв. «обитель различения» — «сознание-вместилище» или «сознание-сокровищница», служащее основой всех прочих виджнян (подробнее — по тексту).
2 Мыслеразличающее сознание: мано-виджняна (букв. «мысль; мышление» + «различающее сознание») — под мановиджняной (или мыслеразличающей виджняной) понимается способность к восприятию объектов абстрактных и внечувственных, т. е., не воспринимаемых физическими органами чувств.


21. Как и откуда возникло семейство, являющееся не-семейством1?

Откуда возник просто ум2?

Откуда взяться различению признаков и бессамостности?

1 Семейства (букв. го-тра означает «коровье стойло, загон» либо «коровий приют») — в буддизме, формально, признаётся деление существ по уровням продвижения или развития сознания (в частности — по уровням бодхисаттвы). При этом, исходя из традиции, существующей и по сей день в индуизме, где последователи того или иного учителя-гуру даже брали себе в качестве приставки к имени имя гуру, в Ланкаватаре, отрицающей деление существ по каким-либо признакам, провозглашается наличие лишь одного «семейства» — семейства Будды, куда относят всех чувствующих существ. Отсюда, в частности, и происходит именование в сутре истинных последователей учения Будды его сыновьями. Кроме того, готра может переводиться и как «линия передачи Дхармы».
2 Просто ум, читта-матра = «только/просто ум» или «только/просто сознание» — одно из базовых понятий Ланкаватары: воспринимаемый мир как порождение ума/воображения, подробнее — по тексту.


22. Почему не существует сущности-бытия? Зачем даются указания на ограниченное?

Как перестать лелеять воззрения о вечносущести и не-существовании?

23. Как получается, что ты не отвергаешь воззрения тиртхиков на признаки и проявления?

Поведай, каково будущее найяиков?2

1 Найяики — последователи философской школы ньяя, наяя или найяя (букв. наяя = «то, к чему возвращаются: исток, оригинал»); ньяя/найяя — одна из шести ортодоксальных (т. е., признающих авторитет Вед) школ индийской философии. В определённый период найяики, придерживающиеся, в отличие от буддистов (как и упоминавшиеся выше тиртхики-джайны), концепции существования обособленной души-самости, однако не признававшие, как и буддисты, авторитет Вед, были основными оппонентами буддистов.


24. Что собой представляет и зачем существует пустотность1? А также — что понимается под «постоянным разложением-увяданием»?

Как возникает Гарбха2? Что представляет собой недеянность3 мира?

1 Пустота/пустотность — шуньята.
2 Гарбха — букв. «зародыш, эмбрион в буддизме — будды в каждом существе», а также — «матка, лоно».
3 Недеянность (нирихика) — можно перевести и как «свобода от страстей, беспокойств, страхов, действий, целей».


25. Почему мир подобен сну или майе? В чём он подобен граду гандхарвов1?

Почему мир подобен миражу либо луне, зримой в воде? Поведай же мне!

1 Гандхарвы, в ведической мифологии — группа полубогов «блеском подобных солнцу»; кроме прочего, они почитались как непревзойдённые певцы и музыканты, услаждавшие богов своим искусством. Град или город гандхарвов — синоним миража, грёзы, при этом в Индии существовало поверье, что тому, кто увидит в воздухе этот призрачный город, грозит несчастье или гибель.


26. Почему ты говоришь о ступенях просветления? Откуда берётся то, что1 просветляется?

Откуда берутся убийства и перевороты в странах, а также — ложное представление о бытии?

1 То, что (пакша)— букв. «место/субъект».


27. Как мир может быть не-рождённым и ни от чего не зависящим, подобно цветку бесплотному?

Как ты сам пробудился в мире, и как внезнаково1 повествуешь об этом?

1 Внезнаково, нир-акшара — букв. «без букв/знаков».


28. Как возникает не-различение? И почему оно уподобляется небу?

Сколько есть разновидностей Таковости-татхаты1 и видов ума, а также — парамит2?

1 Таковость-татхата — букв. «истинное состояние реальности».
2 Парамиты (букв. парамита = «то, с помощью чего достигается другой берег») — совершенства, умения или добродетели, способствующие достижению пробуждения. Обычно называют шесть парамит: (1) дана- (щедрости или даяния); (2) шила- (собранности или соблюдения обетов); (3) кшанти- (терпения), (4) вирья- (усердия); (5) дхьяна- (созерцания/сосредоточения), (6) праджня- (мудрости); иногда добавляют ещё четыре: (7) сатья- (правдивости), (8) адхиштхана- (благоволения или бескорыстной помощи), (9) майтра- (дружелюбия) и (10) упекша- (бесстрастия или невовлечённости).


29. Как происходит восхожденье по уровням? И кем достигается отсутствие проявлений?

(26) Откуда возникает двойная бессамостность?1 Как очищается от искажений полученное знание?

1 Двойная бессамостность (двидха-наиратмья) — речь идёт о постижении отсутствия самосущего бытия а) у живых/чувствующих существ; б) у предметов/явлений (дхарм), подробнее см. далее по тексту.


30. Сколько есть видов знания, о Покровитель? Сколько — нравственных предписаний, и сколько — видов существ?

Откуда берутся семейства (готра), порождённые златом, драгоценностями, жемчугами?

31. Откуда берутся слова, порождаемые множеством имеющихся в мире существ?

Откуда берутся разные отрасли знаний, искусства и им подобное? Благодаря чему и кому они становятся явными?

32. Сколько есть разновидностей гатх? Откуда берутся проза, поэзия?

Сколько есть разновидностей доказательств и толкований, а также их форм?

33. Как возникли множественные разновидности снеди и питья, а также — совокуплений?

Откуда взялись цари, Повелители мира1 и малых наделов?

1 Повелитель мира (букв. чакравартин = «поворачивающий колесо [Закона/Дхармы]») — эпитет совершенного или добродетельного правителя, от рождения наделённого, как и будды, малыми и великими признаками совершенства. Подробнее о чакравартине см. в третьей главе «Лалитавистары».


34. Как оберегаются их владения? Сколько существует видов небесных тел?

Как возникли земля, звёзды, созвездия? Откуда взялись луна и солнце?

35. Как возникли разные отрасли знания? Сколько есть видов освобождения и разновидностей йогинов?

Сколько есть видов учеников и видов наставников?

36. Сколько тех, кто пробудился? Сколько есть видов джатак1?

Сколько есть разновидностей Мары2? И сколько — лжетолкователей Дхармы?

1 Джатаки (от джата = «рождение») — собрание историй о предыдущих рождениях Будды Гаутамы.
2 Мара (букв. «убийство, разрушение»), в буддизме — имя демона («разрушитель»), основного противника Будды, искушавшего его, дабы отвлечь от практик дхьяны, образами соблазнительных женщин. В широком смысле, Мара представляет собою персонификацию всех неблагих побуждений, а также — привязанностей и негативных состояний, подлежащих преодолению.


37. Каково число твоих самосущих природ? Сколько есть видов ума?

Что такое просто умопорождение1? Поведай мне, о Красноречивейший!

1 Просто умопорождение (праджняпти-матра, букв. «представление, мысленный образ» + «только, просто; ничего, кроме») — по аналогии с читта-матра = «просто ум».


(27) 38. Откуда ветер и облака в небе? Как возникают воспоминания и благоразумие?

Откуда и как явились деревья и стелющиеся растения? Поведай мне, о Трёх Миров Повелитель!

39. Как уловляют слонов, лошадей, оленей? Почему, глупые, они влекутся в ловушки?

Зачем люди ранят [других] и причиняют боль? Поведай мне, о Возничий Ума!

40. Почему действуют шесть времён года?1 Почему существуют иччханти2?

Поведай мне также, отчего рождаются женщинами, мужчинами и двуполыми?

1 Шесть времён года — в древности в Индии было принято делить год на самое разное количество периодов, вплоть до 24-х, позднее установилось членение годичного цикла на (1) весну, (2) жаркое время, (3) время дождей, (4) осень, (5) зиму и (6) время холодов.
2 Иччханти или иччхантики (букв. «те, что хотят, хотящие», от иш = «искать, стремиться к») — речь идёт о жаждущих окончательного освобождения, но к нему не стремящихся. Подробнее — ниже.


41. Почему отвращаются от йоги? Почему обращаются к йоге?

А также, зачем предаются йоге и распространяют её? Ответь мне.

42. Откуда у мимолётных проявлений существования — свойства и признаки?

Как и благодаря чему существует Повелитель сокровищ1? Ответь мне, о Подобный Небу!

1 Повелитель сокровищ (дханешвара) — титул/эпитет целого ряда индуистских божеств, в частности — Куберы.


43. Как и откуда пошёл род Шакьев1? И откуда возникли Икшваку2?

От кого произошёл риши, предававшийся длительной глубокой аскезе, и как ему удалось его предсказание?3

1 Шакьи — древний род, к которому принадлежал Будда Гаутама.
2 Икшваку, в индийской мифологии — легендарный царь, полагавшийся основателем Солнечной династии (одного из двух главных индийских родов царей и героев). По некоторым сведениям, Шакьи были потомками Икшваку.
3 Риши, в индийской мифологии — обладающие множественными сверхъестественными способностями ясновидящие поэты-мудрецы, однако так же называют и основателей философских систем, выдающихся аскетов, грамматиков и др. Здесь, вероятнее всего, речь идёт об одном из великих отшельников-риши Ашите или Асите, достоверно предсказавшем, согласно преданию, судьбу новорождённого Сиддхартхи Гаутамы из рода Шакьев, ныне более известного как Будда Шакьямуни. Подробнее об Асите и его предсказании см. в седьмой главе «Лалитавистары».


44. Как тебе удаётся быть видимым одновременно повсюду, во всех землях Будды, в окружении сыновей Победителя, имеющих столь разные облики и имена?

45. Отчего совершенно не следует есть мясо? Почему оно запрещено?

Зачем возникло плотоядных семейство, мясом питающихся?1

1 Семейство плотоядных (кравьяда-готра) — здесь необходимо уточнение, поскольку кравьяда переводится не только буквальным эпитетом «поедающий мясо, плотоядный», но и как ракшас. Если же учесть, что ракшасы (букв. «охраняющие») это демонические существа, питающиеся, согласно преданиям, человеческим мясом, нередко в мифах выступают в роли существ, карающих смертных и полубогов за неблагие деяния… К тому же, основным местом их обитания полагали именно Ланку. Кроме того, в первой (наиболее поздней по времени создания) главе известного сегодня текста Ланкаватары Будда проповедует Дхарму именно ракшасам, т. е., фактически, осуществляет передачу учения питающимся плотью.


46. Зачем существуют земли Будды, подобные солнцу, луне, лотосу и Сумеру1?

Поведай же мне, симха-лев2 с сияющей прядью3.

1 Гора Сумеру или Меру, в индуистской и буддийской мифологии и космогонии — обитель богов, сложенная из золота и драгоценностей, с четырёх сторон света охраняемая хранителями мира (локапалами).
2 Симха (букв. «лев») — возможно, речь идёт не о конкретном животном, а о ещё одном, наряду со шриватсой (см. следующее примечание), из 32-х телесных признаков Будды: верхней частью тела Будда был подобен льву, точнее — он обладал львиной шеей (симха-гриво), кроме того, одним из эпитетов Будды является «лев из рода Шакьев» (шакья-симхо).
3 Сияющая прядь (шриватса, букв. «счастливый; святой» + «дитя» = «святое дитя») — священный знак. Обычно шриватсу представляют как особый сияющий завиток волос на груди; изначально — атрибут ряда индуистских богов (Вишну, Кришны), которым они обладают с момента рождения, позднее этим же признаком был наделён и Будда.


(28) 47. Почему эти земли изменчивы, подобно отражениям в сети Индры, составленной из неисчислимых драгоценных камней1? Поведай мне.

1 Сеть Индры — речь идёт об одном из популярных буддийских образов, так называемой «алмазной сети Индры», в каждом из узлов которой находится алмаз, отражающий в себе все остальные неисчислимые алмазы.

48. Отчего и зачем они уподобляются лютне-вине иль барабанчику-панаве1, всевозможным цветам и фруктам, луне и солнцу, незатронутым даже пылью?2 Поведай.

1 Панава — маленький барабан для аккомпанемента песнопениям.
2 Вероятно, в этой гатхе зéмли Будды уподобляются, как нечто совершенное, по чистоте звучания — вине и панаве, по аромату и сочности — свежим цветам и фруктам, а по благодатной светимости — ясному солнцу и полной луне.


49. Как становятся буддами преображения, как — буддами, рождёнными созреванием, а так же, как — буддами, постигшими Таковость? Поведай мне.

50. Отчего, почему ты не обрёл пробуждения в мире желаний? Поведай мне.

Отчего ты был пробуждён в Акаништхе1, среди избавившихся от всех страстей и влечений?

1 Акаништха или Аканистха (букв. «не имеющие младших», т. е., «высшие»), в буддизме — разряд богов и наименование населяемого ими высшего из уровней существования (или — небес) в «мире форм», земля будды Самантабхадры.


51. После нирваны твоей, о Всеблагой, кто Учения станет хранителем?

Как долго пребудет здесь Повелитель мира? Как долго просуществует Учение?

52. Сколько их, провозглашённых тобою незыблемых истин? И сколько — ложных воззрений проповедуемых другими?

А также — зачем и откуда возникли правила и предписания для бхикшу1? Поведай мне.

1 Бхикшу (от бхикш = «просить, получать») — бродячий нищенствующий монах или отшельник.

53. Зачем обращение-паравритти1, и как достигают безóбразности независимые3 сыны Победителя и шраваки4? Поведай мне.

1 Обращение-паравритти (пара-вритти = «наивысшая точка; вершина; окончание, завершение» + «поворот, возвращение вспять, преображение») — по сути, речь идёт об итоговом возвращении ума/сознания к изначальному, неомрачённому или пробуждённому состоянию.
2 Независимый (пратьека) будда — достигший пробуждения самостоятельно, без поддержки будд.
3 Шравака (букв. «слушающий, слушатель», также — «ученик»), в буддизме Махаяны — низшая ступень ученичества.


54. Благодаря чему обретается беспредельное осознанье?

Кто превосходит всех в этом мире?

Зачем и откуда семь ступеней совершенства ума? Поведай мне.

55. Сколько может быть разных верных тебе монашеских общин? Как возникают расколы в этих общинах?

Как и откуда берутся целительские трактаты? Поведай мне.

(29) 56. «Кашьяпа, Кракучханда и Конакамуни1, а теперь — я», — сказывал ты сыновьям Победителя. Объясни мне, отчего это так, о Махамуни!

1 Существуют предания, согласно которым Будде Шакьямуни предшествовали три названных здесь будды.


57. Зачем проповедуешь не-существование самости-«я»? И откуда речи твои о нескончаемом разрушении?

Почему ты не всегда преподносишь учение о просто уме как истину?

58. Как возник лес мужчин и женщин? А лес дерев харитаки и амалика1?

Откуда взялись Кайласа2 и Чакравада3, твёрдые как алмаз?

1 Харитаки (Terminalia Chebula) и амалика/амла (Emblic Myrobalan) — растения группы миробаланов, обладающие целебными свойствами.
2 Кайласа или Кайлас — священная гора индуистов, легендарное место обитания бога Шивы и его супруги Парвати.
3 Чакравада — согласно преданиям, одна из десяти священных гор из драгоценностей, окружающих мир людей.


59. Зачем и откуда средь гор берутся такие, щедро украшенные каменьями драгоценными и населённые обильно риши, гандхарвами? Поведай мне.

6

III

108 противопоставлений Будды

98. Я бегло представлю тебе основополагающие исчерпывающие указания, произведя противопоставление основ-понятий1. О сын, внемли же мне касаемо ста восьми2 противопоставлений, исчисленных буддами.

1 Противопоставление основ-понятий (упаньясам … паданам) — букв. это сочетание может быть переведено и как «противопоставление двойственных следов (пада) оставленных в уме/сознании».
2 108 — число, издревле полагаемое в Индии священным. В версии Надзё, как и в настоящем переводе, количество понятий и их противопоставлений отлично от ста восьми.


Далее бодхисаттва-махасаттва Махамати Благодатному молвил:

— Что представляют собою эти сто восемь?

Благодатный ответствовал:

— Основа «рождение» не является основою «рождение»,

основа «вечное» не является основою «вечное»,

основа «признак» не является основою «признак»,

«иные условия существования» — не «иные условия существования»,1

1 Здесь и далее в этом перечне противопоставлений повтор «основа ... является основой» для краткости опускаю, как подразумеваемый.

«преходящее» — не «преходящее»,

«обладающее самосуществованием» — не «обладающее самосуществованием»,

«пустотное» — не «пустотное»,

«прекращение» — не «прекращение»,

«ум» — не «ум»,

«середина» — не «середина»,

«постоянное вечное» — не «постоянное вечное»,

«условия» — не «условия»,

«причина» — не «причина»,

«омрачение» — не «омрачение»,

«влечение» — не «влечение»,

(35) «средство» — не «средство»,

«искусность» — не «искусность»,

«чистота» — не «чистота»,

«связь» — не «связь»,

«пример» — не «пример»,

«ученик» — не «ученик»,

«гуру» — не «гуру»,

«семейство» — не «семейство»,

«тройная колесница» — не «тройная колесница»,

«безóбразность» — не «безóбразность»,

«преданность обету»1 — не «преданность обету»,

1 Преданность-пранидхана — одна из парамит: верность Великому обету посвящения себя спасению/освобождению всех существ.


«три сферы»1 — не «три сферы»,

1 Три сферы (три-мандала) — три «сферы» деяния: субъект деяния, само деяние и объект деяния.


«образ-облик» — не «образ-облик»,

«бытие-небытие чего-либо» — не «бытие-небытие чего-либо»,

«то и другое» — не «то и другое»,

«внутреннее благородное знание» — не «внутреннее благородное знание»,

«блаженство этого мира» — не «блаженство этого мира»,

«земля Будды» — не «земля Будды»,

«мельчайшая частица» — не «мельчайшая частица»,

«вода» — не «вода»,

«берег» — не «берег»,

«первостихия» — не «первостихия»,

«исчисленное множество» — не «исчисленное множество»,

«беспредельное осознание» — не «беспредельное осознание»,

«похоть» — не «похоть»,

«облако» — не «облако»,

«искушённость в искусствах-науках» — не «искушённость в искусствах-науках»,

«воздух» — не «воздух»,

«уровни бодхисаттвы» — не «уровни бодхисаттвы»,

«постигнутое» — не «постигнутое»,

«именование» — не «именование»,

«обладающее самосуществованием» — не «обладающее самосуществованием»,

«скандха» — не «скандха»,

«чувствующее существо» — не «чувствующее существо»,

«сознание-разум» — не «сознание-разум»,

«нирвана» — не «нирвана»,

«обретённое знание» — не «обретённое знание»,

«тиртхья» — не «тиртхья»,

«смятение» — не «смятение»,

«майя» — не «майя»,

«сон» — не «сон»,

(36) «видéние» — не «видéние»,

«отражение» — не «отражение»,

«колесо Учения» — не «колесо Учения»,

«гандхарва» — не «гандхарва»,

«бог» — не «бог»,

«снедь и питьё» — не «снедь и питьё»,

«совокупленье» — не «совокупленье»,

«зримое» — не «зримое»,

«парамита» — не «парамита»,

«нравственные предписания» — не «нравственные предписания»,

«луна, солнце и звёзды» — не «луна, солнце и звёзды»,

«истина» — не «истина»,

«плод» — не «плод»,

«прекращение действий ума» — не «прекращение действий ума»,

«пробуждение от прекращения действий ума» — не «пробуждение от прекращения действий ума»,

«целительство» — не «целительство»,

«свойство» — не «свойство»,

«суть» — не «суть»,

«искушённость в науке» — не «искушённость в науке»,

«дхьяна» — не «дхьяна»,

«заблуждение» — не «заблуждение»,

«видимый мир» — не «видимый мир»,

«оберегаемое» — не «оберегаемое»,

«род» — не «род»,

«риши» — не «риши»,

«царство» — не «царство»,

«восприятие» — не «восприятие»,

«драгоценность» — не «драгоценность»,

«предсказание» — не «предсказание»,

«иччхантики» — не «иччхантики»,

«женщины, мужчины, двуполые» — не «женщины, мужчины, двуполые»,

«вкус» — не «вкус»,

«деяние» — не «деяние»,

«облик» — не «облик»,

«суждение» — не «суждение»,

«изменчивость» — не «изменчивость»,

«орган чувствования» — не «орган чувствования»,

«сотворённое» — не «сотворённое»,

«плод некой причины» — не «плод некой причины»,

«самый младший» — не «самый младший»,

«время года» — не «время года»,

«дерево, заросли, навес из лиан» — не «дерево, заросли, навес из лиан»,

(37) «разнообразие» — не «разнообразие»,

«воплощение указания» — не «воплощение указания»,

«правила и предписания для монахов» — не «правила и предписания для монахов»,

«монах» — не «монах»,

«благословение» — не «благословение»,

«знак-буква» — не «знак-буква».

Таковы, Махамати, сто восемь основ, исчисленных буддами прошлых времён.





IV

Виджняны и прекращение действий ума

Затем бодхисаттва-махасаттва Махамати молвил вновь Благодатному:

— Сколько есть разновидностей возникновения, существования и исчезновения виджнян?

Благодатный молвил:

— Существует, Махамати, двойственная основа возникновения, существования и прекращения виджнян, чего не постигают рассуждающие1.

А именно: при прекращении действия виджнян происходит исчезновение непрерывных связей и исчезновение признаков.

Возникновение виджнян происходит также двояко: как возникновение непрерывных связей и возникновение признаков.

Двояко и их существование, являемое существованием непрерывных связей и существованием признаков.

1 Рассуждающие: таркика — букв. «рассуждающий исходя из логики/здравого смысла».

Кроме того, виджняна обладает тремя признаками: проявления, действия и истинного состояния.

Двоякость же виджнян, коих, полагают, восемь, состоит, в общем случае, в восприятии и различении несуществующих объектов.

Как зеркало отображает формы, так же бесстрастно воспринимает воображаемые объекты воспринимающая виджняна.

Две эти виджняны — воспринимающая и различающая — неразделимы и взаимообусловлены.

Далее, Махамати, воспринимающая виджняна обусловливается развитием несознаваемых васан1.

Виджняна же различающая (38) обусловливается различением чувственно воспринимаемых объектов и множеством васан, [накопленных] с безначальных времён.

1 Васана (букв. «мысль о ..., стремление к ...») — привычка, привычное устоявшееся желание либо стремление, управляющие человеком и образующие основу его индивидуальности. По сути, васаны представляют собою отпечатки или впечатления, оставленные в сознании-сокровищнице (алая-виджняне) тем или иным фактом или событием и формирующие некие привязанности к зримому/воспринимаемому миру (сансаре).

Кроме того, Махамати, прекращение действия всех виджнян, связанных с органами чувств, означает прекращение множественных васан, связанных с ложным восприятием/различением несуществующих объектов Алая-виджняны.

Это, Махамати, и есть истинное прекращение существования воображаемых форм и их признаков.

С другой стороны, Махамати, прекращение непрерывных связей означает прекращение того, от чего они зависят (ашрайена1) и на чём основываются (аламбанена2).

То, от чего зависят они — вредоносные васаны различения внешних проявлений, развивающиеся с безначальных времён,
а то, на чём они основываются, — сам ум, воспринимаемый и различаемый виджнянами в качестве чувственно воспринимаемого зримого мира.

1 Ашрайена — твор. падеж от ашрая — букв. «воспринимающий; получатель», в буддизме же под ашраей понимаются, в частности, пять органов чувств + ум/манас.
2 Аламбанена — твор. падеж от аламбана = букв. «поддержка, опора», в буддизме — пять свойств вещей, воспринимаемых пятью органами чувств, + мысль/смысл, воспринимаемая умом/манасом.


Это подобно, Махамати, комку глины и неисчислимым мелким глиняным частицам, его образующим, — они ни отличны, ни не-отличны друг от друга, как и золото и всевозможные изготовленные из него украшения.

Если бы, Махамати, комок глины отличался от образующих его глиняных частиц, из них никогда не получился бы этот комок.

Но поскольку комок из них получился, он ни в чём не отличен от образующих его частиц. Стало быть, если нет никаких различий меж ними, комок не будет ничем отличаться от образующих его частиц.

Подобно этому, Махамати, если бы действующие виджняны отличались от Алая-виджняны в своей изначальной сущности, Алая не могла бы оказаться их причиной.

Если же они не отличаются меж собою, то прекращение действия виджнян будет означать прекращение Алая-виджняны, однако не может быть никакого прекращения самóй изначальной сущности.

Стало быть, Махамати, исчезает не сама изначальная сущность виджнян, но порождающие следствия проявления этой сущности.

Однако в случае исчезновения самóй изначальной сущности, исчезнет Алая-виджняна как таковая. (39) В случае же возможности исчезновения Алая-виджняны, такое воззрение ничем не будет отличаться от учения о прекращении (уччхеда) тиртхакаров.

Тиртхакары, Махамати, придерживаются следующего воззрения: с прекращением восприятия чувственно воспринимаемых объектов прекращается и непрерывность действия виджняны;
с прекращением же непрерывности действия виджняны разрывается и непрерывность, имеющая место с безначальных времён.

Кроме того, Махамати, тиртхакары полагают, будто непрерывность порождена некой начальной причиной.

Они утверждают, что виджняна зрения является не следствием взаимодействия формы и зрительной способности глаза, но просто порождается некой начальной причиной.

Этой первопричиной, Махамати, они объявляют некое Первовещество, Первочеловека, Творца Мира, время либо мельчайшие частицы (ану).

V

Семь видов самосуществования и семь уровней высшей реальности

Далее, Махамати, существует семь видов самосущей природы бытия, кои таковы: совокупность элементов бытия (самудая), существование, признаки обособленных форм, первостихии, причинность, условия и последствия.

Кроме того, Махамати, существует семь уровней высшей реальности:

(1) доступная уму (читта-гочара2),
(2) доступная благородному знанию (джняна-),
(3) доступная мудрости (праджня-),
(4) доступная двойственным представлениям (дришти-),
(5) доступная за пределами двойственных представлений,
(6) доступная по мере завершения прохождения уровней сыновей Победителя
и, наконец, (7) внутренне выявляемая Татхагатой3.

1 Читта-гочара, букв. «ум, сознание» + «поле, область, район» = «сфера пребывания [чистого] сознания».
2 Татха-гата = «так, таковость» + «достигший» — достигший Таковости или Истинносущности; один из эпитетов достигших Полного Освобождения.

(40) Эта последняя, Махамати, — средоточие предельной реальности и самосущей природы бытия Татхагат, являющихся архатами1 и совершеннопробуждёнными, прошлых, настоящих и будущих времён, в силу чего Татхагаты заботятся о высшей из Дхарм, превосходящей всяческие пределы земного мира, проницая оком мудрости признаки особости и общности и постигая их.

И постигаемое ими при этом несопоставимо с ложным ви'дением (кудришти)2, обретаемым благодаря учениям тиртхакаров.

1 Архат/архант, букв. «достойный, удостоенный; славный»; в буддизме — «достигший нирваны»: один из эпитетов будд.
2 Ложное ви'дение (букв. ку-дришти = «плохой, ущербный, ложный» + «ви'дение, воззрение, представление»), иногда переводится и как «традиционное философское учение».


Махамати, что же собою представляют эти ложные воззрения учений тиртхакаров? Они не постигают того, что воззрения порождаются самим умом вследствие различения и телесного восприятия виджнянами, не сознавая всё зримое проявлением самого ума.

Невежды, Махамати, исходя из двойственного восприятия именуют бытием и не-бытием самосущей природы предельную Реальность.

7

VI

Прекращения, брахманы, шраманы и путь бодхисаттв

Кроме того, Махамати, скажу о прекращении различения бытия и трёх видов страдания1, а также о прекращении неведения, желания, деяния, сопутствующих причин и об отношении к телесно воспринимаемому миру, являющемуся проявлением самого ума.

1 Три [вида] страдания (трайя-духкха) — (1) страдание от телесной и душевной боли, (2) страдание от изменения и (3) пронизывающее всё страдание, связанное с обусловленностью.


Махамати, встречаются некоторые шраманы1 ли, брахманы2, кои признают происхождение нечто из ничто, провозглашая, будто существует некое вещество, обусловленное сопутствующими причинами (пратьяя) и пребывающее во времени, и что скандхи, дхату3 и аятаны4 обретают своё происхождение и существование в силу причинной обусловленности и, просуществовав таким образом некоторое время, разрушаются.

1 Шраманы (от шрам = «прилагать усилия, стараться; преодолевать, побеждать») — общее название аскетов, монахов, в том числе и буддийских.
2 Брахманы, в древней Индии — представители высшей варны: духовные наставники, жрецы, философы.
3 Дхату, букв. «мир, сфера, слой, уровень», но и — как в данном случае — «элемент, составная часть существа». Насчитывают 18 элементов-дхату: «Когда возникает мышление и рассуждения, сознание хранилище приходит в движение, рождаются 6 виджнян и возникают 6 индрий (органов восприятия), воспринимающих 6 гун (свойств объектов). Вот эти три шестерки и образуют 18 дхату» («Сутра помоста шестого патриарха»).
4 Аятана, букв. «опора восприятия» — в буддизме насчитывают 12 аятан: 6 признаков (форма, звук, запах, вкус, осязание, интеллект) и 6 «врат», через которые шесть предыдущих воспринимаются сознанием (глаза, уши, нос, язык, кожа, мышление).


Кроме того, Махамати, они провозглашают развитие, действие, рождение, увядание, продолжение существования, нирвану, путь, карму, плод и истину. (41)

Отчего так? Оттого что они не воспринимают всё это как оно есть в силу отсутствия у них изначального восприятия.

Махамати, это подобно разбитому на куски кувшину, не имеющему оболочки и более не способному служить кувшином, либо обугленному семени, прорасти более не способному.

Это именно так, Махамати, ибо эти составные части (скандхи, дхату и аятаны) природы существ, исчезнувшие, исчезающие или подлежащие исчезновению, воспринимаемые посредством различения зримого мира как порождаемого самим умом, не имеют длительного существования.

С другой стороны, Махамати, если допустить, будто для виджнян, образуемых сочетанием трёх наделённых действием способствующих причин, нечто несуществующее становится существующим, то у черепахи могла бы расти шерсть, а песок был бы способен выделять кунжутное масло.

Это суждение ни на чём не основанное и препятствующее прекращению действий ума.

Махамати, из него следует, что для рассуждающих о бытии небытия и какой-либо изначальной причине действия оказывается бесполезным.

Однако, Махамати, из учения о сочетании трёх наделённых действием способствующих причин следует, будто имеет место реальность, наделённая признаками существования и не-существования, прошлого, будущего и настоящего, а также — наделённые отличительными признаками причина и плод-следствие.

Таким образом, они научают, исходя из традиционных воззрений и пребывая на уровне рассудочных представлений, основанных на вредоносных васанах.

Воистину, Махамати, вскоре невежественные простые люди, отравленные ложными воззрениями и ведóмые наставниками, основывающимися на не-знании, будут выдавать себя за ведóмых Всепознавшим.

Кроме того, Махамати, некоторые брахманы ли, шраманы, (42) благодаря постижению того, что внешний мир, видящийся самому уму, существует вследствие восприятия внешних проявлений, развивающихся с безначальных времён, ведают, что зримый мир не обладает никаким самосуществованием и является не-рождённым, подобно облаку, огненному колесу, описываемому вращающейся головешкой, городу гандхарвов, майе, миражу, отражению луны в водах или сну.

Их ум свободен от различения обусловленности и прекращения, они свободны от различения признаков речения и изречённого.

Однако им предстоит осознать, что чувственное восприятие тела, имущества и положенья в пространстве умом, разрозняющим воспринятое и воспринимающего, не тождественно Алая-виджняне, а также то, что при безóбразном восприятии исключены какие-либо рождение, пребывание в мире и увядание, а всякое рождение происходит из самого ума.

Бодхисаттвы-махасаттвы же, Махамати, вскоре постигают тождественность сансары и нирваны.

Благодаря применению обретённого ими великого сострадания, особым средствам и умениям их применять, а также бескорыстию (анабхога)1 они постигают неотличимость всех существ от майи или отражения в водах, не обусловленных никакой причинностью, и становятся свободными от какого-либо чувственного восприятия всего, связанного с самостью и внешним миром, осознавая отсутствие чего-либо внешнего относительно ума.

Удостоенные бессамостного благоволения (анимитта-адхиштхана-анугата) будд2, они последовательно проходят все уровни совершенствования и, удостоверившись, благодаря переживаниям, испытываемым в самадхи, что тройственный мир является самим умом, достигают целостного восприятия и вступают в Майопама-самадхи3.

1 Анабхога — букв. «не-наслаждение».
2 Удостоенные бессамостного благоволения — речь идёт о бескорыстной поддержке, оказываемой буддами бодхисаттвам при их восхождении по уровням.
3 Майопама = майя + упама = «иллюзия, кажимость, нереальность» + «сходное, подобное» = «майя-подобное». Необходимо отметить, что слово майопама (как и упоминаемое ниже ваджравимбопама), записано в санскр. оригинале Нандзё с кратким последним «а» (тогда как упама = «сходное, подобное» соответствует долгому «а»), что традиционно переводится несколько иначе, а именно: «высшая майя», однако и Судзуки и Токива переводят его именно как «майя-подобное». При этом майопама-самадхи, соответствует состоянию сознания, в котором окружающий мир воспринимается как сон или иллюзия, потому такое его именование, видимо, может быть применимо и к состоянию сознания, становящегося «тождественным майе».


Благодаря погружению в безóбразность просто ума, вначале они достигают средоточия парамиты мудрости, избавляют себя от связи с рождением и деянием и погружаются в Ваджравимбопама-самадхи2, затем обретают Тело Татхагат (татхагата-кая)3 и способность преображения Таковости.

Облечённые особыми силами (бала), особыми способностями (абхиджня), самообладанием (ващита), отзывчивостью (крипа), состраданием (каруна), искусными средствами (упая-каушалья) и умением их применять, они способны входить во все земли Будды и миры (аятана)3 тиртхьев.

Они полностью избавлены от влияния (43) ума, мышления и мыслеразличающего сознания.

Однако эти бодхисаттвы обретают Тело Татхагат лишь после обращения-паравритти.

Потому, Махамати, бодхисаттвам-махасаттвам, прежде чем они вновь обретут Тело Татхагат5, надлежит постижением просто ума освободиться от всяческих представлений о скандхах, дхату, аятанах, уме, причине, условиях (пратьяя), свершении деяний (крийя-йога), рождении, пребывании в мире, увядании, различении и внешних проявлениях.

1 Ваджравимбопама — букв. «лучшее из алмазных зеркал» или «высшая из алмазных сфер», хотя здесь возможен и более образный перевод: «подобное сияющему алмазу».
2 Татхагата-кая (букв. «достигший таковости» + «тело») — высшее из тел или способов бытия Будды.
3 Мир (аятана = «опора», но и «святая святых») — судя по контексту, речь об аналоге земли Будды у тиртхьев.
4 ...вновь обретут Тело Татхагат — т. е., вернутся к Таковости как своему изначальному состоянию.

Сознавая, что тройственный мир является следствием действия васан вредоносного различения внешних проявлений, развивающихся с безначальных времён, они памятуют о безóбразности не порождающего следствий уровня будды и следуют благородной Дхарме внутреннего выявления, продвигаясь по пути бескорыстия и полноты власти над собственным умом.

Благодаря постижению мира как просто ума, обладающие телом, способным принимать любую форму подобно волшебному камню-мани, проницательные, они входят в умы существ, являя им преображения1 [и] побуждая других существ неуклонно и последовательно восходить по уровням бодхисаттв.

Потому, Махамати, бодхисаттвам-махасаттвам надлежит соответствовать своему благотворному предназначению.

1 Преображение-нирмана — речь идёт о кратковременном переживании нирванического опыта, обретаемом последователем Дхармы по благоволению одного из будд, являющего своё иллюзорное тело преображений (нирмана-кая). Пример подобного преображения, переживаемого Раваной, дан в первой главе Ланкаватары в гатхах 32-37.



VII

Алая и пять виджнян

Затем Махамати молвил:

— Наставь же меня, о Благодатный, поворотом колеса изысканной (кусума)1 Дхармы об уме, мышлении, мыслеразличающем сознании, пяти дхармах, самосущих природах-свабхавах2 и признаках — Дхармы, коей следуют будды и бодхисаттвы и коя отделена от воспринимаемого мира, видящегося самому уму.

Яви мне Дхарму, сокрушающую признаки истинности всех словесных суждений и доказательств и являющую средоточие всего, провозглашаемого буддами.

Поведай же обитателям Ланки на горе Малайя своё учение о восславленном Татхагатами Теле Дхармы и воспринимаемых чувствами волнах океана (44) Алая-виджняны, не затрагивающих бодхисаттв.

1 Кусума, букв. «цветок; нечто украшенное цветами, цветущее».
2 Сва-бхава (букв. «сам, само-» + «бытие, существование») — «самосущее бытие» или «самобытие», переводится также как «самосущая природа». Обычно под тремя свабхами/свабхавами понимаются три «природы вещей»: «воображаемая» (парикальпита-свабхава), «зависимая» (паратантра-свабхава) и «совершенная/истинная» (паринишпанна-свабхава).


Далее Благодатный, обращаясь вновь к бодхисаттве-махасаттве Махамати, молвил так:

— Причин (карана), приводящих в действие виджняну зрения, — четыре. Каковы они? Они таковы:

— связанное с не-пробуждённостью восприятие-«схватывание» всего, видящегося самому уму;

— приверженность несознаваемым влечениям (васана) к вредоносным внешним проявлениям, развивающимся с безначальных времён;

— изначальная самосущая природа виджняны;

— страстное желание познавания множественных форм и признаков.

В силу этих четырёх причин, Махамати, на глади обильных глубинных вод Алая-виджняны вздымаются волны развивающихся виджнян.

Как и у виджняны зрения, Махамати, в мельчайших порах всех органов чувственного восприятия (индрия)1, сразу либо постепенно развивается восприятие привидевшихся объектов, подобное тому, как воспринимает образы зеркало.

Ветры возмущают поверхность океана, и именно так, Махамати, волнуем ветрами чувственного восприятия океан ума.

1 Органы чувственного восприятия (индрия) — пять органов телесного восприятия (глаз, ухо, нос, язык и кожа) и соответствующие им пять чувств, иногда к ним добавляют также ум-манас и связанное с таковым мышление


Неразрывно взаимообусловленные проявления причины и деяния, а также глубоко связанные меж собою проявления кармы и рождения и неустановимое самосуществование любого тела, Махамати, способствуют обильному развитию всех пяти виджнян-восприятий.

Однако, Махамати, наряду с совокупностью этих пяти виджнян существует и та, что предопределяет проявление различающего чувственного восприятия причины и именуется мыслеразличающей. Такова основа порождённой причины (таддхету-джа-шарирам).1

1 Таддхету-джа-шарирам — букв. «это причины порождённой плотное тело».

Однако ни те пять виджнян, ни эта мыслеразличающая не ведают, что, тесно обусловливая друг друга, они берут начало своё в приверженности к восприятию проявлений самого ума как зримого мира.

Более того, они обильно развиваются, объединяя ничем, по сути, неотличимые друг от друга свойства-признаки разрозненных чувственно воспринимаемых проявлений ума.

(45) И как виджняны развиваются, не ведая о природе своего развития, так и пребывающие в самапатти йогины не постигают влияния, оказываемого на их ум тонкими проявлениями васан и полагают, будто в самапатти происходит прекращение волнений виджнян.

Однако во время их пребывания в самапатти действие свойственных им виджнян не прекращается, ибо не искоренены и не исчезли семена васан, представляющиеся исчезнувшими в силу отсутствия «схватывания»-восприятия органами чувств.

Таково, Махамати, утончённое проявление действия Алая-виджняны, труднопостижимое для всех, кроме Татхагат, а также бодхисаттв, утвердившихся на уровне таковости.

Трудно его постижение как для совершенствующихся в йоге шраваков, пратьекабудд, тиртхьев, даже уже достигших самадхи, овладевших особыми силами и мудростью-праджней, так и для следующих различению.

Оно доступно лишь тем, кто постиг все особенности уровней бодхисаттвы, обрёл совершенное знание и мудрость-праджню, положил конец сомнениям касаемо 108-и понятий, постиг беспредельность Победителя, преуспел в стяжании корней благости, отстранился от различения видящегося уму как чего-то внешнего, предаваясь лесному отшельничеству для постижения средоточья Алаи.

Совершенствующимся же в йоге низшего, высшего или среднего уровня недоступны ни невосприятие потока зримых образов, различаемых самим умом, ни посвящения в землях Победителя, ни обретение самообладания-ващиты, сил-бала, беспредельного осознавания-абхиджни, ни выход за пределы самадхи.

Сопровождаемые добрыми друзьями-Победителями1, Махамати, способны возвыситься над умом, самостью и виджняной мышления, преодолеть различение внешнего мира, самосущей природой коего является видящееся самому уму, а также — пересечь океан сансары, обусловливающими причинами коего являются деяние, алчность, неведение. В силу сего, Махамати, йогинам надлежит предаваться йоге, в коей совершенствуются добрые друзья-Победители.

1 Добрые друзья (кальяна-митра) — ещё один из эпитетов будд.


(46). После чего в связи с этим Благодатный произнёс такие гатхи:

99. Как волны в океане, ветрами вздымаемые, словно танцующие и не ведающие покоя,

100. так в потоках Алаи, возмущаемой ветрами чувственного восприятия, словно танцуя, порождаются множественные волны виджнян.

101. Неисчислимые тёмно-синие, красные и многих других цветов, с солью, витыми раковинами, с сахаром и молоком, с шафранными и иными плодами, цветами, сияющие, подобно лучам солнца,

102. волны эти ни отличаются, ни не-отличаются от океана, ими волнуемого. Так же и семь виджнян связаны с читтой-умом.

103. Как изменения в океане являют собою множество волн, так и в Алае возникают волнения, вéдомые как виджняны.

104. Виджняны ума-читты, мышления-манаса и прочие шесть различаются благодаря признакам, однако у этой восьмёрки нет отличительных признаков,и нет различаемого и различающего.

105. Как не существует различий меж океаном и волнами, так и в уме не отыскать виджнян движения или развития.

106. Карма, накопленная умом-читтой и осмысленная мышлением-манасом, различается ума виджняной. Так пятёркой виджнян воображается1 видимый мир.

1 Воображается (кальпети) — может переводиться и как «различается», и как «творится».


(47) 107. — Согласно сказанному тобой, тёмно-синими и разных других цветов представляются людям виджняны.

Зачем Махамуни1 говорит о сходстве волнений ума с волнами океана?

1 В тексте Нандзё вместо «Махамуни» здесь стоит «Махамати», хотя, судя по контексту, вопрос, заданный в этой гатхе, как и целый ряд нижеследующих, задаёт Махамати, что подтверждается и аналогом этой гатхи в «Собрании гатх» (см. там гатху 391).


108. — Тёмно-синего, а также — других цветов, не отыскать в волнах.
О волнениях читты-ума как чего-то окрашенного говорится лишь для невежд.

109. Существованье этих волнений неустановимо. Сам ум лишён схваченного-воспринятого.
Постигшим стать и познать-ухватить Истину — всё одно, что ухватить волны.

110. Виджняна представляется людям телом, имуществом и положеньем в пространстве так же, как видится им движение-существование волн.

111. — Благодаря существованию волн океан предстаёт уму словно танцующим.
Отчего же волненья Алаи сознанием не постигаются так же?

112. — Алая уподобляется океану лишь для несовершенного сознанья невежд.
Сравнение действий виджнян с движением волн даётся лишь для наглядности.

113. — Как солнце бесстрастно и одинаково светит людям возвышенным и ничтожным,
так и тебе, мир озаряющему, надлежит являть Истину всем неведающим.

(48) 114. Отчего ж, пребывая в Дхармовом теле, ты не возглашаешь Истину?

— Истина, возглашаемая так иль иначе, не является истиною ума1.
1 ... не является истиною ума — т. е., недоступна уму, не зрима им.

115. Подобно тому как волны вздымаются в океане иль возникают в зеркале отражения, иль в сознании спящего — образы сна, так же мгновенно ум сам отображает себя.

116. В силу же несовершенства чувственного восприятья, происходит оно постепенно:
виджняна — распознаёт, а мышление, далее, осмысляет,

117. Так постепенно посредством пяти виджнян является всё воспринимаемое, но в состоянии собранности1 нет никакой постепенности.

118.Как некий учитель живописи или его подмастерье, картину творя, к тем иль иным краскам-цветам прибегает, так же и я научаю.

Суть картины — не в красках-цветах, не в холсте и не в названии.

1 Самахита, букв. «собирать или удерживать вместе», а также — «всецело сосредоточивший свои мысли на чём-либо».


119. Лишь для привлеченья вниманья существ к картине на ней, согласно потребности, располагают цвета.
Словесные наставления уводят от Истины, ибо она вне слов пребывает.

120. Пребывая в Дхармовом теле являю я Истину1 йогинам.
Истина, постигаемая в глубинах «я» сокровенного, пребывает вне различённого и различения.

1 ... я являю Истину (таттвам дешеми), букв. «я указую на Истину».


121. Я на неё указую лишь сыновьям Победителя.
Таким указанием не подвигнуть невежд.

122. Как майя видится разнообразием, но не обнаруживается,
так разнообразные указания, данные так невеждам, их в заблуждение вводят.

(49) Что одному — указание, другому — не-указание.

123. Но как целитель больному прописывает лучшее из лучших средств, так Пробуждённые говорят всем существам о просто уме.

124. Не ведают как рассуждающие, так и шраваки о том, чему Покровители наставляют, — о внутреннем выявлении.

8

VIII

Три части благородного знания

Кроме того, Махамати, бодхисаттве, желающему полностью осознать мир, видящийся при различении воспринимаемого и воспринимающего, как проявление просто ума, надлежит избегать таких препятствий как общественные отношения и леность-праздность, ему надлежит предаваться сосредоточению ума, бодрствуя в начале, середине и конце каждой ночи, а также следует сторониться ложных писаний тиртхьев, как и повествований, присущих колесницам шраваков и пратьекабудд. Также бодхисаттве-махасаттве дóлжно быть сведущим в особенностях различения зримого мира, являющегося самим умом.

Помимо того, Махамати, бодхисаттве-махасаттве, утвердившемуся в постижении мудрости-праджни различающего ума (читта-виджняна-праджня), далее надлежит совершенствоваться в йоге трёх составных частей благородного знания.

Каковы эти три части благородного знания, Махамати, в каких ему надлежит совершенствоваться далее?

Они таковы:

(1) безóбразность-нирабхаса,
(2) принимаемый всеми буддами обет покровительства-благоволения всем существам (сва-пранидхана-адхиштхана) и
(3) выявление собственно внутреннего благородного знания.

Если же йогин, постигший сие, (50) всё ещё пребывает в пределах знания мудрости ума, он подобен хромому ослу.

Достигнув восьмого уровня сыновей Победителя, далее он приступает к совершенствованию в йоге трёх частей благородного знания.

Помимо того, Махамати, безóбразность-нирабхаса обретается, когда полностью усвоено всё, достигнутое шраваками, пратьекабуддами и тиртхьями.

Ещё, Махамати, о благоволении-адхиштхане: оно обеспечивается обетом благоволения, лично принятым всеми прежними буддами.

И ещё, Махамати, о выявлении внутреннего благородного знания: оно возникает, когда, избавившись от привязанности к признакам-свойствам всех дхарм, обретаешь тело Майопама-самадхи и продолжаешь совершенствоваться в постижении уровня будды.

Такова, Махамати, тройственность благородного знания. Благородные1, овладевшие тремя этими высшими свойствами выявляют внутреннее благородное знание и вступают во владение им. Стало быть, Махамати, надлежит предаваться йоге трёх частей благородного знания.

1 Благородный (арья) — ещё один эпитет будд.


IX

Постижение сути благородного знания

Здесь бодхисаттва-махасаттва Махамати, ведая о сомнениях имеющих место в умах бодхисаттв, собравшихся там, и поддерживаемый благоволением всех будд, испросил Благодатного о повороте колеса Учения-Дхармы, именуемого «постижение сути благородного знания»:

— Наставь же меня, Благодатный, поворотом колеса Дхармы, повествующей о вникании в 108 видов понятий и именуемой постижением сути благородного знания, применяя кое Татхагаты, являющиеся архатами и совершеннопробуждёнными, (51) указуют бодхисаттвам-махасаттвам, предающимся восприятию вещей исходя из признаков общности и особости, способ вникания в сущность воображаемого самосуществования.

Благодаря чему, посредством вникания в сущность воображаемого самосуществования, пройдя очищенье путём осознания бессамостности дхарм и существ, познав уровни совершенствования бодхисаттв, превзойдя блаженство всех дхьян, самадхи и самапатти, достигаемых шраваками, пратьекабуддами и тиртхьями, познав непостижимую умом сферу пребывания и восприятия Татхагат, связанную с избавлением от самосуществования пяти дхарм, они обретают Тело Дхармы Татхагат, происходящее из чувственно воспринимаемой майи и Дхармы, связанной с познанием мудрости-праджни, и будут способны вступить во все земли Будды, обители Тушиты1 и Акаништхи и обрести тело Татхагаты.

1 Тушита или Тусита (от туш = «быть довольным, наслаждаться») — «удовлетворённый, радующийся, наслаждающийся», в буддизме — название одной из высших дева-лок, т. е., — одного из миров богов.


X

Существование и не-существование

Благодатный ответствовал:

— Махамати, существуют некоторые наставники, сходные по взглядам своим с тиртхьями и предающиеся отрицанию существования.

Они полагают рог зайца не-существующим в силу бессущностности как самосуществования, так и наличия где-либо причины, порождающей существование рассудка (буддхи), и заключают, что, подобно тому как не существует рог зайца, так обстоит и с дхармами всеми.

Кроме того, Махамати, встречаются также и те, кои, видя различие элементов, свойств-качеств (гуна), мельчайших частиц (ану), первосубстанций (дравья), форм (самнивеша) и положений в пространстве и приверженные убеждению, что рог зайца является не-существующим, приходят к выводу, что бык обладает рогами.

Не ведая о просто уме, они, Махамати, предаются двойственному представлению. В силу приверженности различению они воображают некие первичные элементы (дхату), являющиеся по сути самим умом.

Источником возникновения тела, имущества и положенья в пространстве (52) служит одно лишь различение.

Махамати, так же, как и рог зайца, они не различаются освободившимися от представлений о существовании и не-существовании.

Тебе же, Махамати, не следует полагать сущности свободными от существования и не-существования.

Если всё же  освободившиеся от представлений о существовании и не-существовании не различают не-существование рога зайца, им не следует представлять рог зайца существующим или не-существующим в силу неразличимости того и другого.

Тщательным исследованием чего-либо сущего вплоть до составляющих его мельчайших частиц не обнаруживается никакого существования.

Оттого, Махамати, не достигшим выявления благородного знания не следует полагать существующим и рог быка.

Здесь бодхисаттва-махасаттва Махамати молвил Благодатному:

— Не следует ли отсюда, Благодатный, что, исходя из прекращения различения, я должен прийти к заключению, что этот рог зайца не существует, поскольку не действует различение?

Благодатный ответствовал:

— Нет, Махамати, от бездействия различения его существование не зависит. Отчего это так? Оттого что этот рог возникает в силу различения.

Поистине, Махамати, различение является основой возникновения рога, и, поскольку это так, то, в силу этого, когда отброшены различное и не-различное, и не-существование рога зайца не зависит от этого.

Иначе говоря, Махамати, если рог зайца отличается от различения, (53) он не может быть причиной возникновения различения.

Если же не отличается, то он мог бы служить ему причиной, однако исследованием рога зайца вплоть до мельчайших частиц не выявлено его существование, и потому это различение не отличается от того рога как не-существующее.

Оба они не обладают существованием, так откуда взяться не-существованию одного из них относительно другого?

Если по отношению к не-существованию рог зайца не существует, не следует полагать его не-существующим и относительно существования.

В силу того, Махамати, что и не-существование и существование являются ложной причиной, воззрения приверженцев как существования, так и не-существования не являются совершенными.

Наряду с этим, Махамати, другие последователи воззрений тиртхакаров цепко держатся за положенье в пространстве некоего истока возникновения тела-формы, но недостаточно точно определяют сущность пространства-акаши1.

Они различают тела-формы, Махамати, и полагают их, согласно своему определению, обособленными от природы акаши.

Но ведь тело-форма, Махамати, и есть сама акаша.

Будучи составным элементом тела-формы акаша и есть тело-форма.

Постигаемые с точки зрения содержимого и сосуда, Махамати, они признаются разделяемыми на тело и акашу, полагаемую неким истоком возникновения тела.

1 Акаша — одна из первостихий или великих первоэлементов (дхату) мира: пустое пространство, синонимичное европейскому эфиру как праматериальной первосубстанции.


Составные элементы мира, возникающие взаимозависимо и разделяемые по своим признакам, не пребывают в акаше и не содержат акашу в себе.

То же, Махамати, относится и к не-существованию рога зайца в связи с существованием рога быка.

У рога быка, при разделении его на мельчайшие частицы и разделении частиц далее и далее, не обнаруживается никаких признаков частиц.

Так откуда же и в связи с чем взяться не-существованию? Несомненно, нечто, существующее в связи с чем-то другим, (54) имеет ту же основу, что и другое.

Затем Благодатный молвил вновь бодхисаттве-махасаттве Махамати:

— Тебе, Махамати, надлежит превзойти различающие воззрения, связанные с акашей, телом-формой и рогом быка или зайца.

Также, Махамати, тебе и другим бодхисаттвам надлежит неуклонно постигать различаемое как видящееся самому уму и во всех землях и сферах сыновей Победителя прибегать к совершенствованию в йоге видящегося самому уму.


После чего в связи с этим Благодатный произнёс такие гатхи:

125. Видящееся уму не существует и существование обретает лишь в силу ви'дения умом.
Алая представляется людям телом, имуществом и положеньем в пространстве.

126. Постиженью ума, мышления, виджнян, трёх свабхав, пяти дхарм,
двойной бессамостности и очищению научают Устранители препятствий.

127. Короткое-длинное и им подобные двойственности взаимозависимы.
Не-существование порождается существованием, существование — не-существованием.

128. Разделяя всё вплоть до мельчайших частиц, не сыскать тела иль формы.
Постижение истины просто ума несовместимо с ущербными воззрениями.

129. Недоступно ви'дению рассуждающих, как и шраваков,
(55) являемое Покровителями посредством внутреннего постижения.

9

XI

Постепенное и мгновенное пробуждение

Здесь бодхисаттва-махасаттва Махамати, заботясь об очищении потока восприятия зримого самим умом, вновь испросил наставлений у Благодатного:

— Каким образом, о Благодатный, очищается поток [восприятия] зримого самим умом, постепенно или мгновенно?

Благодатный ответствовал:

— Поток восприятия зримого самим умом очищается не одновременно, но постепенно.

Подобно тому, как плоды растения манго созревают не сразу, так и поток восприятия зримого самим умом у живых существ очищается не сразу.

Подобно тому, как не сразу гончар творит кувшины свои, так постепенно Татхагата очищает поток восприятия зримого самим умом у живых существ.

Подобно тому, как на земле травы, кустарники, леса и деревья прорастают не сразу, так постепенно Татхагата очищает поток восприятия зримого самим умом у живых существ.

Подобно тому, как совершенство в потешных иль выражающих страсти танцах, пении, музыке, игре на вине, письме иль живописи обретается не сразу, так постепенно Татхагата очищает поток восприятия зримого самим умом у всех живых существ.

Но подобно тому, как в зеркале все формы-тела проявляются сразу (56) и безо всякого предпочтения, так мгновенно Татхагата очищает поток восприятия зримого самим умом у живых существ в сфере неразличимости и безóбразности.

Подобно тому, как луна и солнце своими лучами мгновенно делают явными все формы-тела, так Татхагата мгновенно устраняет у живых существ вредоносную привычку-васану воспринимать видящееся самому уму, являя им сферу восприятия непостижимого рассудком знания Победителя.

Подобно тому, как Алая-виджняна мгновенно представляется самому уму чувственно воспринимаемыми телом, имуществом и положеньем в пространстве, так источающий мудрость будда (нишьянда-буддха)1 даёт чувствующему существу возможность мгновенно достигнуть зрелости, помогая йогинам, совершенствующимся в постижении Алаи (вимана-алая), возродиться в прибежище Акаништха.

Подобно тому, как Сущностный будда (дхармата-буддха)2 мгновенно источает сияние преображающего потока, так же мгновенно сиянием истины, постигаемой в глубинах благородного внутреннего знания, пресекаются ложные представления о существовании и не-существовании.

1 Нишьянда, букв. «нисходящий поток», т. е., нишьянда-буддха означает «будда потока [мудрости]» или «будда, источающий [мудрость]».
2 Дхармата — изначальная истинная всеобщая природа (дхарма) всего сущего (она же — пустота-шуньята), частными проявлениями которой являются все остальные дхармы. Соответственно, дхармата-буддха — «Сущностный будда».




продолжение завтра


Вы здесь » К вопросам о самореализации » Священные тексты » ЛАНКАВАТАРА-СУТРА