К вопросам о самореализации

Объявление

Форум переехал ----> http://selfrealization.info

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Тема Ciati

Сообщений 11 страница 14 из 14

11

Сакши написал(а):

Ciati ,
Да, но как это сделать?


Практикой конечно. Методы даны - в этой теме, атма-вичара и проч, все обьяснено.
Вы стоите на одном берегу и спрашиваете как перебраться на другой. Ответ прост - ПЛЫТЬ, но зная как (зная метод) и в правильном направлении (имея указатели).

12

Раковины пусты.
Пахучую плоть моллюсков унесли волны.

Раковины
Мокнут в лунном свете,
Потом сохнут на солнце,
В песке дремлют.

Больше они не забеременеют морем.
Ни к чему они отношнения не имеют.

Волны накатывают и отступают.
Вместе с ними исчезают ракушки ...

***

Поутру воробей танцевал в водовороте
звёздных туманностей,
До полудня у него свободное время,
и может происходить всё что угодно.
Ведь и утра ближайших сотен миллионов лет
будут также ничем не заполнены, как и это утро.

***

Скажи, что меня нет дома.
Скажи, что здесь никого нет.
Я вернусь через полмиллиона лет.

***

Бессмысленность неоспорима.
Бессмысленно то, что курица квохчет.
Бессмысленно то, что оно высиживает яйц.
Бессмысленно летать на самолете.
Бессмысленно пытаться влиять на политику.
Какой во всем этом смысл для мертвеца?
А кто говорит, что есть смысл в живущих?
Все факты бессмысленны.
И жить также бессмысленно.
Бессмысленно, но, вы полагаете, любопытно?
То, что любопытно, - факт,
а ведь все факты бессмыленны...

Такахаси Синкити

13

Есть лишь Сознание, в котором проявляется бесконечное многообразие бессмысленных форм.

Как облака в небе, принмающие формы различных существ или обьектов, но на самом деле ими не являющиеся и всегда остающиеся только облаками. Сами эти образы форм не существуют и распознаются только в умах, а умы сами являются формами, облаками. Если нет распознавания, нет и образов. Облако принимает форму собаки только в уме, который воспринимает это облако и распознает в нем этот образ. Самого по себе образа собаки в облаке нет, есть лишь просто облако. Другой ум распознал бы в нем другой образ - волка или лису. То есть умы, сами являющиеся формами, распознают иллюзорные образы в формах. И Источник, создающий эти формы сам также является формой, спонтанно возникщей в едином Сознании.

Все это - сон в едином самоосознающем Сознании, в котором нет осознающего. И все вопросы и ответы, все понимание, все распознавание образов и смыслов существуют только внутри самого сна и являются частью этого сна. Просветление или непросветление также являются лишь частью сна внутри сна. Нет никакого просветления, нет никого, кто бы был просветлен, есть лишь облака прекрасных бесформенных форм, плывущие и вечно меняющиеся в неизменном сейчас единого Сознания, состоящие из этого же Сознания и осознаваемые им.

И все, что здесь написано - само есть лишь понимание и распознавание образов, которое существует только как форма во сне. Нет никакого истинного и правильного понимания. Есть лишь то что есть, неназываемое, непонимаемое, но известное, осознаваемое, присутствующее здесь и сейчас.

14

"Мы созданы из вещества того же, что наши сны." Шекспир
_____________________________
Хорхе Луис Борхес
EVERYTHING AND NOTHING

   Сам по себе он был Никто; за лицом (не схожим с другими даже на скверных портретах эпохи) и несчетными, призрачными, бессвязными словами крылся лишь холод, сон, снящийся никому. Сначала ему казалось, будто все другие люди такие же, но замешательство приятеля, с которым он попробовал заговорить о своей пустоте, убедило его в ошибке и раз навсегда заставило уяснить себе, что нельзя отличаться от прочих. Он думал найти исцеление в книгах, для чего - по свидетельству современника - слегка подучился латыни и еще меньше - греческому; поздней он решил, что достигнет цели, исполнив простейший обряд человеческого общежития, и в долгий июньский день принял посвящение в объятиях Анны Хэтуэй.
 
  Двадцати с чем-то лет он прибыл в Лондон. Помимо воли он уже наловчился представлять из себя кого-то, дабы не выдать, что он - Никто; в Лондоне ему встретилось ремесло, для которого он был создан, ремесло актера, выходящего на подмостки изображать другого перед собранием людей, готовых изображать, словно они и впрямь считают его другим. Труд гистриона принес ему ни с чем не сравнимую радость, может быть первую в жизни; но звучал последний стих, убирали со сцены последний труп - и его снова переполнял отвратительный вкус нереальности. Он переставал быть Феррексом или Тамерланом и опять делался никем. От скуки он взялся выдумывать других героев и другие страшные истории. И вот, пока его тело исполняло в кабаках и борделях Лондона то, что положено телу, обитавшая в нем душа была Цезарем, глухим к предостережениям авгуров, Джульеттой, проклинающей жаворонка в нем душа и Макбетом, беседующим на пустыре с ведьмами. Никто на свете не бывал столькими людьми, как этот человек, сумевший, подобно египетскому Протею, исчерпать все образы реальности. Порой, в закоулках того или иного сюжета, он оставлял роковое признание, уверенный, что его не обнаружат; так, Ричард проговаривается, что он актер, играющий множество ролей, Яго роняет странные слова "я - это не я". Глубинное тождество жизни, сна и представления вдохновило его на тирады, позднее ставшие знаменитыми.
   
   Двадцать лет он провел, управляя своими сновидениями, но однажды утром почувствовал отвращение и ужас быть всеми этими королями, погибающими от мечей, и несчастными влюбленными, которые встречаются, расстаются и умирают с благозвучными репликами. В тот же день он продал театр, а через неделю был в родном городке, где снова нашел реку и деревья своего детства и уже не сравнивал их с теми, другими, в украшеньях мифологических намеков и латинских имен, которые славила его муза. Но здесь тоже требовалось кем-то быть, и он стал Удалившимся От Дел Предпринимателем, имеющим некоторое состояние и занятым теперь лишь ссудами, тяжбами и скромными процентами с оборота. В этом амплуа он продиктовал известное нам сухое завещание, из которого обдуманно вытравлены всякие следы пафоса и литературности. Лондонские друзья изредка навещали его уединение, и перед ними он играл прежнюю роль поэта.

   История добавляет, что накануне или после смерти он предстал перед Господом и обратился к нему со словами:
   - Я, бывший всуе столькими людьми, хочу стать одним -- Собой.
   И глаз Творца ответил ему из бури: - Я тоже не я: я выдумал этот мир, как ты свои созданья, Шекспир мой, и один из призраков моего сна - ты, подобный мне, который суть Все и Ничего.